Интернет-Сервер по Интегральной Йоге


БЕСЕДЫ ШРИ АУРОБИНДО И МАТЕРИ С ПАВИТРА

 

Павитра был французским инженером, окончившим Политехническую Школу. Приехав в Азию, он 4 года прожил в Японии, откуда спиритуальные поиски завели Павитра к мон­гольским ламаистам. От них в 1925 г. Павитра переезжает в Индию, где узнает об Ашраме Шри Ауробиндо. По просьбе Па­витра Шри Ауробиндо беседовал с ним, объяснив цели своей Йоги, и пригласил Павитра остаться в Ашраме. В это время Павитра был 31 год. После вступления в Ашрам Павитра ни­когда уже не покидал Пондичери. Павитра оставил свое тело 16 мая 1969 г. Ниже приводятся беседы Павитра со Шри Ауробиндо и Матерью, происходившие в первый год его пребывания в Аш­раме. Павитра был одним из тех учеников, с которыми Шри Ауробиндо занимался лично. Беседы записаны Павитра по па­мяти, не представляя буквально слов Шри Ауробиндо и Мате­ри, но, тем не менее воспроизведены с максимально возможной точностью. Конец записи бесед не сохранился.

18. Х11. 1925г.

 

Вы приобрели в ваших поисках искренность сердца и способ­ность ума к терпению, но ваша умственная активность вредна, вы должны сделать ваш ум тихим.

В нас, за нашей персональностью виден Пуруша со многими характерными признаками, которые последовательно раскрываются. Сначала он появляется как свидетель всех действий и ощущений, не­затронутый и неизменный. Затем он появляется как дающий санкции, он отвергает или соглашается с движениями Пракрити: желаниями, мыслями или даже действиями. Когда такой приказ отдан, например, отказ принять участие в определенном чувстве, тогда, хотя прошлое еще сильно, существо отворачивается от этого чувства. Затем Пуруша становится знающим и в нем находятся знания в нескольких формах, но они приходят не через органы чувств, а прямо. Финально Пуруша обнаруживает себя как Ишвара.

Это выполняется в две стадии. Есть в нас область, которая вне пространства и времени, неподвижная, неизменная, первоначальная, она не участвует в волнах эмоций и мыслей. Первый шаг - централизировать свое сознание в этой области и держать его там. Это Мукти. Сначала контакт умственный, он осуществляется зоной спиритуального ума, Буддхи. Человек узнает свой ум, эмоции и тело как не-себя. Он чувствует себя существующим над ними - над пространственной и временной формой. У него есть мир и уверенность.

Чтобы достигнуть этого, первое, что необходимо - остановить мысли по собственному намерению. Для этого необходимо отделить себя от ума умственно, поскольку человек еще не способен делать это иначе, нужно смотреть на ум и изучать его. Когда это сделано, стано­вится легко остановить мысли. Это первый урок Йоги. В результате я вижу то, что вокруг меня, но не думая до тех пор, пока я не захочу сделать этого и не призову мысль. Таково умственное разделение.

Есть другие средства достижения этого, одно из них - сидение и раскрытие себя к приливу свыше таким образом, чтобы эта работа могла быть выполнена для вас сверху без какого-либо личного напря­жения.

До этого первоначального осознания в человеке все умственно, интуитивно, фрагментарно, ненадежно и идет с перебоями. Нужно двигаться дальше. Мало-помалу сильное стремление вызывает внезап­ное вторжение в сознание чего-то нового. Иногда это мир, прочный, как скала. Иногда это руководство. Иногда свет почти физический, кото­рый освещает все изнутри и снаружи. В любом случае за невыразимым миром следует знание. Все эти нисхождения происходят сверху вниз, а не как в тантрической дисциплине от нижней чакры, именно сверху.

Итак, для вас первая цель - отделить себя от вашего ума и осознать его, как находящийся снаружи вас. Принять позицию следя­щего. Пусть мысли приходят, но не позволяйте себе быть унесенными ими. Практикуйтесь в течение медитации. Затем вы будете должны вливать в ежедневную жизнь то, что вы сначала упрочили в медитации.

 

25. Х11. 1925г. Мне кажется, что в уме есть два уровня. Первый уделяет внимание образам и формам, второй - словам и идеям. За ним - источник понимания - Буддхи. Я не могу легко отделить себя от нижнего ума. Когда я отзываю обратно память, идею или фразу, которую я только что выразил, я могу оставаться отделенным. Но когда я рассуждаю, я - одно с миром моего ума. Более точно: Буддхи объединено с Манасом.

 

Это правильно, но есть и третья вещь, это ум в себе, отличный от форм и идей, которые он производит. Это источник, который напол­няет собой всю вселенную, тихий и трансцендентный. Большинство людей - и вы в том числе - идентифицирует себя с умом и его деятельностью. Вы смешали ум и его деятельность. Вы должны смочь отделить себя от Пракрити и познать в себе Пурушу.

Первый шаг не в том, чтобы оттянуть всякую мысль при ее появлении, а рассматривание их, как находящихся снаружи от себя. Есть две области в уме, одна активная, другая тихая и внимательная, она не извлекается во вне движениями натуры. Это и есть то распозна­ние, которое вы должны сделать. Вы хотите идти слишком быстро, даже путем подавления мысли “Я не то”. В настоящий момент ваша мысль есть ваш инструмент. Оставайтесь зрителем ваших мыслей и ощуще­ний, узнавайте, что они снаружи вас и не затрагивают вас. Затем более высокое осознание - сознание Пуруши - снизойдет и завладеет вашим  умом. Но никогда не сражайтесь с вашим умом, поскольку то, что вы отвергаете насильственно, возвращается в ум с большей силой. Метод убивать мысли, которому меня учили, был в том, что просто смотреть на них ровно и твердо, когда они появляются перед тобой.

Вы говорите, что засыпаете. Действительно, единственная форма молчания, которую обычный человек знает для своего ума, это - сон. Но это должно быть преодолено. Это известное препятствие, которое все должны превозмочь. Отвергайте засыпание, как вы отвер­гаете другие вредности низшей натуры.

Затем одна из следующих двух вещей произойдет: или вы бу­дете оставаться полностью сознающим, но с пустым умом, или вы получите это сознание, но не в состоянии бодрствования, т. е. вы будете в состоянии Самадхи. Такова эта работа - первый шаг для вас.

 

3. 1. 1926 г.    Оставаясь внимательным, обращаясь лицом к моим мыслям, я обнаружил, что они исчезают немедленно, если смотреть на них твердо и ровно. Способ убивать их, следовательно, в том, чтобы следить внимательно, и как только сознаешь любую из них, уничтожать ее таким глядением. Это вполне хорошо получается в районе слов, но менее хорошо на уровне образов. Я могу ухитриться оставаться сознающим только свое внимание. Но ум не мертв, я чувствую его за дверью. В определенные моменты у меня бывает впечатление, что я скоро потеряю сознание.

 

Хорошо, но вы еще осознаете ваше усилие убивать мысли. Это естественно, но со временем это также исчезнет. Что касается потери сознания, не бойтесь. Может случиться, что наряду с двумя альтерна­тивами, изложенными вам прошлый раз, вы можете впасть в несознание, о котором вы не сохраните никакой памяти. Вы должны пытаться этого избежать и достичь или бодрствующего состояния без присутст­вия ума, или самадхи.

Вы не должны составлять никаких умственных правил. Делай­те согласно умственным потребностям, чтение само по себе не вредно.

 

Мне удалось зафиксировать мое сознание таким образом, чтобы оставаться осознающим, неподвижным в тишине. Только это состояние длится в течение нескольких мгновений. Случается, что мое сознание затем центрируется в точке, следующей за цент­ром между бровей. Это упражнение влечет за собой большое утомле­ние мозга и работает в трех центрах: солнечном сплетении, между бровей и затылочном.

 

Позднее это усилие головного мозга исчезнет, поскольку вы не будете работать мозгом. Это промежуточное состояние. В определен­ный момент ваше состояние сознания будет сконцентрировано снару­жи вашего физического тела - над вашей головой, затем оно будет расширяться, и вы будете осознавать его единение с другими центрами. Горловой центр не вовлечен, потому что это не умственный центр. Многие люди, которые работают в медитации с эмоциональным умом, держатся на уровне солнечного сплетения.

 

Если осознаешь свое единение в целом, становишься ли соот­ветственно способным идентифицировать свое сознание с другим центром сознания?

 

Не все сразу. Есть две стадии. Сначала вы будете чувствовать ваше единение с другими центрами сознания “в тишине”. Это в транс­цендентном вы будете чувствовать идентификацию. Позднее вы осоз­наете это единение даже в проявляемой деятельности, в игре сил, и в такой момент единение возможно.

 

10. 1. 1926г.    Мне все еще не удалось осознать фактически незави­симость моего реального существа от моего физического тела, неза­висимость, которую я могу постигать умственно. Я еще осознаю это разделение?

 

Это неизбежно придет, и вы осознаете, что ваше тело есть инструмент, который вы можете отложить в сторону. Это первый ас­пект Мукти: узнать, что вы свободны от вашего тела. Настанет время, когда вы будете наблюдать ваше внутреннее существо, как если бы оно было снаружи.

 

Определенное несовершенство, подобное желанию одобрения, очень сильно во мне, хотя умственно я отражаю его.

 

Часть вашего сознания дает свою санкцию этому движению натуры, поскольку в вас есть что-то, что желает этого одобрения, хотя ваш ум борется. Но ум может только обуздать, он ничего не может изменить. И все же ваше существо значительно более комплексно спокойно, чем вы воображаете.

 

Чтобы это изменение, эта трансмутация могла быть эф­фективной, необходимо, согласно моим собственным идеям, достиг­нуть космического сознания и тем самым завладеть вселенским растворителем, как говорили алхимики. Может ли тогда человек осуществить превращение?

 

Нет, этого недостаточно. Когда вы снова спускаетесь от вашего космического сознания, все те же стремления и наклонности обнару­живаются здесь и всегда могут снова восстать к жизни. Но за имманен­тным аспектом абсолютной силы, аспектом, который вы осознаете в переживании космического сознания, есть то, что может быть названо трансцендентным аспектом, творящим и не имеющим ограничений. Это растворитель, который разрушает и создает.

Есть несколько уровней в воплощенном сознании. Упанишады говорят о пяти Пурушах, связанных с пятью тонкими телами, которые образуют человека. Виталический Пуруша, сосредоточенный на опре­деленных движениях натуры, должен предать себя на волю высшей жизни, и преобразование будет возможно.

 

В тех случаях, когда душа сумеет освободиться от мира форм и войти в Нирвану, погруженная в тишину, это служение и потеря отдельного бытия финально?

 

Финальное ли это освобождение? Я далек от каждого такого допущения. Естественно, это то, чего ищут многие. Абсолют имеет два аспекта как Пуруша: трансцендентный, неизменяемый и изменяю­щийся Пуруша. Душа может осознать свое единение с первым, Пракрити исчезает и душа вырывается из проявленного мира, который она считает заблуждением, иллюзией или опасной ловушкой. Но это не может удовлетворить, поскольку Абсолют содержит также и изменяе­мого Пурушу, и душа, если она хочет интегрального единения, должна осознать свое единение со Всевышним в проявленном мире так же, как в трансцендентном.

 

15. 1. 1926г.    У меня были величайшие затруднения в отделении себя от моего низшего ума. Потребовалось огромное количество энергии, чтобы оставаться сознающим, внимательным и не позволять себе быть унесенным потоком умственных образов, обрывками без головы и без хвоста, видом бодрствующего сна. Чтобы, успокоить ум, я зафиксировал мое сознание на точке и пытался оставаться внимательным, следя за игрой низшего ума. Если я добиваюсь этого отношения, он становится спокойным. Есть два состояния ума: одно с образами, одно с речью, которое более трудно успокоить. Оно автоматично, не следит само за хорошо определенными объектами, но за тем, что занимает меня наиболее, или за последним, о чем я думал. Отрыв внимания часто производится чувствами. Я фиксирую сознание на уровне Аджна.

 

Аджна есть центр, который соответствует автоматическому уму, и это то динамическое место, которое работает в вас. Это то, что образует ум большинства людей, и если вы осознаете его, если вы заметили его действие в течение ваших обычных занятий, то другие не осознают этого. Действительный ум - думающий ум - выше. Авто­матический ум более для вас не имеет никакой пользы. Это отработан­ная порода. Пытались ли вы использовать волю?

 

Да, но я не знаю, действительно ли это воля.

 

Воля имеет три степени, и ее необходимо отличать прежде всего от усилия чисто умственного. Первая ступень - это желание, отвечающее центру солнечного сплетения. Вторая - вид команды или приказа, который санкционирует или не санкционирует работу Пракрити. Когда признано, что какая-то вещь должна или не должна быть, эта санкция входит в действие. Воля - обязательная сила в Йоге, которой мы следуем. Человек может призвать ее посредством полной самоотдачи и постепенно осознает ее действие. Это действие наруша­ется и имеет недостатки вначале, но со временем оно совершенствует­ся. Умственное усилие может быть успешным временами, но действие подлинной воли бесконечно более быстро.

 

У меня было переживание этого действия, когда путем при­зыва, являвшегося в то же время самоотдачей, я достиг высочайших уровней моего существа. Физически у меня было ощущение действия, нисходящего над моей головой.

 

Это оно. Пытаясь время от времени призывать его, старайтесь возобновлять контакт, хотя продолжительное время он еще не возмо­жен.

Третье действие воли - контроль, абсолютное овладение Пракрити Пурушей.

 

Теперь я не был в состоянии обратиться к воле, как вы ее описали. В медитации, когда я искал высшей поддержки внутри себя, когда я пытался призвать более глубокие части моего существа, я встречал только пустоту и не был способен сделать никакого внут­реннего движения: в обычной жизни, под воздействием внешнего воз­буждения, такие движения, сопровождающиеся позитивными результатами, часты, и хотя медитация имеет очень ощутимое воздействие на мое общее состояние, она никогда не имела осязаемого результата.

 

Есть две основные силы, которые помогают в восхождении человека. Одна - стремление, оно эмоционально и имеет своим цент­ром солнечное сплетение. Другая - сверх-разумная, и ее центр над головой. Вы действуете в обычной жизни с помощью призыва первой силы. В медитации ваше сознание заходит в более высокий ум. Молча­ние, к которому стремятся, нужно не само по себе, но только для того, чтобы позволить этой более высокой силе снизойти и соединиться с другой. Это старая аллегория о поднятии огня и нисхождении солнца. Но ваш ум не используется для того, чтобы позволить этой силе пройти сознательно, и поэтому она не знает, как действовать. Не нужно делать усилие, в вашем случае лучше оставаться неподвижным. Естественно, это зависит от различных случаев. Есть люди, очень активные в зоне над головой, которые легко тянут из этой Силы. У них по их воле получается призыв к этой силе снизойти вниз.

 

Я заметил, что когда я подготавливаю себя внутренне прак­тиковать молчание, то центрирую мое сознание, прибегая к помощи физического тела. Затем мое тело и внимание постепенно погружа­ются глубже. Приходит момент, когда я должен покинуть эту точку поддержки. Тогда я не знаю, где фиксировать свое состояние. Оно или возвращается к наружным объектам, и тогда я становлюсь совер­шенно бодрствующим и обращаюсь к внешнему миру, или я впадаю в полусонное состояние, хотя и сохраняю свое сознание на время бди­тельным и внимательным.

 

Нет необходимости фиксировать сознание где-либо. Когда вы начинаете участвовать в более высоком сознании, вы найдете его рас­пространенным сферически и без какого-либо особого центра. Человек делает для себя свой собственный центр над головой. Что до внимания к внешнему миру, вы так же в свое время увидите весь феномен так, будто вы часть его, вы будете охватывать шумы и прочее подобное также своим сознанием, они будут происходить в нем. Полусонного состояния не следует бояться, но храните ваше сознание вниматель­ным, оно тогда, возможно, переместится внутрь.

 

18. 1. 1926г.    Мне удается сохранить мой ум абсолютно пустым от мыслей в течение нескольких минут. Все волны прекращаются. Но все же все мое сознание фиксировано некоторое время на уровне физического плана, так, я слышу и вижу, хотя восприятие не будит никакой мысли. Однако несколько раз у меня было чувство бытия на точке прохождения за. Мое дыхание стало очень затруднительным, и все закружилось, хотя мое сознание оставалось тихим и внимательным. Если бы я смог остановить дыхание, я бы действительно изменил уровень своего сознания.

 

Это вопрос выхода из физического тела. Но этого не следует пытаться достигнуть в момент: необходимо добиться сначала большого контроля, знать, например, как направлять себя по ту сторону. Также необходимы и другие условия, в частности, быть уверенным в том, что в этот момент вы не будете потревожены. Это состояние, которого йоги ищут и стремятся добиться. Каждый не может сделать этого. Вы при­коснулись к состоянию совершенного молчания. Расширяйте его при­косновение, это не означает - углубляйте, но продолжайте его прочно более длительное время и позвольте молчанию обволакивать постепен­но все, что вас окружает.

 

21. 1. 1926г.    Я недостаточно хорошо понимаю, что я должен делать. Мой ум разделяется на две части. Первая та, которая ис­пользует речь, рассуждает и формулирует. Она - в молчании. Одна­ко определенное внимание необходимо для того, чтобы предотвра­тить подъем через горло неподходящих мыслей, и разрушение этого мира и молчания. Другая часть внимательна, ее особая функция - видение внутренних образов, ее центр - Аджна. Она немного более неактивна, но несмотря на это не всегда в молчании, она центрируется то там, то здесь, и не знает, что делать.

 

Мысли исходят из солнечного сплетения, поднимаются через горло и овладевают мозгом, где они становятся осознанными. Безмол­вный ум не имеет определенной локализации. Это вопрос привычки. На момент вы локализируете его в мозгу, но его подлинное место, которое соответствует сверх-разумной правде, это Сахасрара - тысячелепестковый лотос над верхушкой головы. Над ним ваше сознание будет развертываться и становиться космическим сознанием.

Есть два различных достоинства. Одно - опустошить актив­ный ум от мыслей и оставить его недвижимым. Это полезная способ­ность. Второе - оставаться полностью отделенным от мыслей, которые могут подняться в этот активный ум. Позднее вы увидите формулиру­емые там мысли не поднимающимися снизу, но приходящими из окру­жения или сверху. И вы должны будете научиться распознавать правду. Таким же образом вы должны научиться смотреть на эти мыс­ли, как на внешние объекты, не позволяя себе быть унесенными ими. Наряду с этим вы можете с теперешних пор и далее, пока храните низший ум безмолвным, “смотреть вверх”, чтобы постепенно центри­ровать свое сознание там.

 

Когда я это делаю, мое сознание вибрирует между вершиной и дном, поскольку оно не должно следить за низшими частями. Наря­ду с этим, продолжительный звук, не поднимая никакой мысли, захва­тывает мое внимание, которое приковывается к нему.

 

Это неправильная сосредоточенность. Сейчас просто отложите это в сторону. В космическом сознании у вас будет впечатление, что этот звук происходит где-то в этом сознании, но он не будет более вас беспокоить.

 

25. 1. 1926г.    Я могу по временам хранить мое внимание фиксированным, “обращенным вверх”, направленным к Сахасраре, и мой ум тих и пуст от мыслей. Но все закрыто там наверху, я стою у двери и стучу. Этим утром я пробудился от волн мощной вибрации у ма­кушки головы и под ложечкой. Они были даже физическими, мой скальп оказался чувствующим. Эти вибрации были соединены с ка­ким-то болезненным страданием. Яне был испуган и воспроизвел эти вибрации для того, чтобы изучить их.

 

Вы должны быть подготовлены для таких вещей. Вы призывали и Сила спускается, приготовляя инструменты вплоть до самого физи­ческого. Все в человеке противоположно работе Силы, и все должно быть преобразовано. Каждая клетка будет трансформирована позднее. Чувство страха должно быть отложено полностью. Даже когда пережи­вание кажется опасным, человек должен оставаться тихим и владеть собой, ибо без этого опасность приходит немедленно. Если человек остался хозяином самого себя, помощь всегда дается. Сейчас это просто приготовления, ответ, данный призыву, ответ, который не всегда при­ходит.

 

Психические состояния становятся более заметными - ра­дость, тишина и горячие поиски на одной стороне, но и глубокая печаль, когда я отделен от моего внутреннего света или когда мой ум, обеспокоенный внешней причиной, часто становится огромным препятствием садхане.

 

Это нормально и связано с душевным существом.

 

Все эти дни у меня было много трудностей с моим умом. Медитация мучительна и не приносит большой пользы. В другие моменты я чувствую иногда, как тонок покров. Наилучшим для меня оказался метод, который состоит именно в подъеме, карабканий так высоко, как возможно. Тогда низшее существо успокаивается. Три центра - Сахасрара, Аджна и солнечное сплетение тогда объе­диняются. Вне медитации Механический ум очень беспокоен и у меня возникают трудности даже в чтении, при сосредоточении на любом предмете вообще.

 

Происходящее с вами - общее. Динамический ум, но не меха­нический, который только повторяет действия и мысли обычной жизни, захватывает намного больше силы, поскольку другие высшие части тихи и поскольку в определенные периоды он приводится к молчанию Но после медитации человек выходит из своей глубины снова в этот мир и в его суматоху. Это общее переживание. Продолжайте отделять себя более и более. Когда отделение полное, эти неровности постепенно/ будут становиться менее сильными и замрут. Это переживание отделения должно быть продолжено до полностью осознаваемой жизни, а не только происходить в медитации.

В момент, когда вы чувствуете усталость, вы не должны при­нуждать себя. Переутомление будет причиной другой задержки. Луч­ше идти более медленно, но уверенно.

 

Я могу отделить себя от ума и наблюдать его действие. Но когда я пытаюсь сделать его мертвенно безмолвным, я могу делать это только путем сосредоточенности около Сахасрара, пытаясь отделить себя от тела, и тогда дыхание становится затруднен­ным.

 

Есть два пути становиться сознающим высшие миры. Один - послать часть себя туда, при этом одновременно оставаясь в своем физическом теле. Другой - покинуть это физическое сознание и войти в вид транса, который может пройти очень близко от каталепсии или от бессознательного состояния, напоминающего глубокий сон. Вы не можете осуществить это и, возможно, есть путаница между двумя движениями в вас: одно - успокоение ума, и другое - выход из вашего физического тела.

 

Это возможно. В медитации я осознаю определенные движе­ния. Место, в котором я определяю их, в моем виталическом теле. Они не физические, хотя я чувствую их физически, особенно между грудью и головой и внутри головы.

 

Есть движения в более высоком теле, которые не чувствуются даже физически. Но они, главным образом, как и ваши дыхательные трудности, доказывают последствия усилий выйти из вашего физиче­ского тела. В них нет необходимости. Вы можете просто осознавать движение сознания от одной точки к другой. Теперь, когда вы можете наблюдать тишину ума и отделять себя от действия ума, связанного с физическим, вы должны отказаться от этого усилия и оставаться в ожидающем состоянии, открытом к действию сверху, не делая усилия идти к этому сверху, но зная, что оно там, предлагая себя для его ниспускания. Даже не делайте усилия понимать и чувствовать, успо­койте все внизу и ждите. Образуйте простое стремление к тому, что, как вы знаете, близко.

 

Да, я, должно быть, спутал два движения: успокоение моего динамического ума и выход из тела. Я должен буду переработать все снова, чтобы достигнуть умственной тишины, поскольку динамиче­ский ум очень активен, и я всегда вынужден надзирать за ним. Я добился относительного мира: я недвижим, внимателен, в своего рода прозрачном окружении, но с малой продолжительностью. Мир, - другой, более глубокий, которого я хочу добиться, - тот, который разрушит чувство себя. Я слишком усилил медитацию, и напряжение стало слишком большим. Возникла даже зубная невралгия. Я вернул­ся назад к 3 часам в день. Почему это чувство персонального усилия мучительно? Я хочу не инерции и отдыха, но мира в действии, прекращения индивидуального усилия.

 

Более глубокий мир не может придти, пока лотосы не откроются и сама сила не спустится, чтобы завладеть ими. Наряду с этим  должно быть сделано разделение между реальной индивидуальностью и иллюзорным чувством Эго. Подлинная индивидуальность есть лишь фрагмент вселенского сознания, и даже когда оно, кажется, сливается  этим сознанием, тем не менее всегда есть различие. Это позволяет организованное действие, без которого оно было бы невозможно. Когда верховная сила постепенно завладевает вами, чувство усилия умень­шится, но отдельность действия исчезает только с полным совершенст­вом.

Все же придут и другие трудности. Ваши активные центры сейчас - это чакры выше солнечного сплетения, другие спят. С их пробуждением ум, даже успокоенный и контролируемый, снова будет захвачен и затоплен. Тогда приходят действительные трудности. В уме всегда есть элемент, который помогает, но ниже все прямо соединено с жизнью и действием. Сейчас, поскольку вы чувствуете возможность объединить себя с натурой через центр солнечного сплетения, делайте это не во время регулярной медитации.

Вы говорите, что все, что вы делаете вне медитации, кажется активизирует ваш ум снова. Это не имеет важности - вы не можете ничего не делать. Все должно иметь свое время, а вы из тех, кто все построил на уме, отсюда и трудности. Другие люди открываются легко. Но не будьте нетерпеливы, это продлевает чувство персонального уси­лия.

 

Садхана делает меня более чувствующим, особенно вне меди­тации. Становится более и более легко для меня принимать роль следящего за действиями ума и даже тела. От этого приходит спокойствие, но ум еще не в молчании. Это разделение помогло бы мне осознать беспорядочный хаос динамического ума, но воспринимая это, сначала я думал, что он становится более активным, в то время как реально я просто сознавал его действие, которого ранее не замечал.

 

Главное - именно углублять и растить это следящее сознание или сознание Пуруши. Расширение этого сознания принесет втекание более глубокого сознания. Конечно, молчание ума - драгоценная спо­собность, но она придет в свое время.

 

Мне кажется, что время сна потеряно для садханы.

 

В садхане не только одни сознательные усилия. Тело отдыхает, и вам нечем заменить оцепенение внутреннего существа. Это очень трудная вещь, которая приходит в конце. Позднее, постепенно и сон будет организован в свою очередь.

 

Я продолжаю свое отделение от ума. Я могу достаточно легко поставить себя на место неактивного зрителя движений ин­дивидуального существа. В этих условиях, тем не менее, я сущест­вую, как умственное существо, имеющее Эго и центрированное в мозгу. Но за этим умственным само я могу различить другое состо­яние, свободное от всех связей с проявленной активностью. Там лежит мое подлинное само, которое использует умственное само, как окно, чтобы смотреть через него наружу. Что такое это подлинное само? У меня есть только слабое переживание этого. Так далеко я не различаю ничего. У меня впечатление пустоты, но также есть впечатление о покрове, за которым Присутствие было бы обнаружено.

 

Как зритель, вы активны или пассивны?

 

Пассивен, и это не наблюдение церемониального марша обра­зов, не бытность зрителем действия, разворачивающегося передо мной. Умственные образы неясны, мутны, фрагментарны, очень сильно похожи на волны моря, становящегося спокойным. Сенсорные впечатления часто поднимаются до ярких образов, которые явля­ются причиной беспокойства.

 

Имеете ли вы чувство бытия умственным существом?

 

Да, пока я остаюсь на уровне ума, но когда я могу поднять себя выше этого, то бывает чувство, что я не есть умственное существо. Умственное существо - маска, принятая на себя подлин­ным САМО. Я вижу путь ясно и знаю, что если бы я смог сделать полную и определенную самоотдачу Всевышней Силе, это само при­няло бы на себя ведение Йоги. Эта самоотдача сделана в моей душе, мой ум принял ее, но есть определенные точки в виталическом суще­стве, которые препятствуют совершенству отдачи и по временам тянут меня вниз. Но сейчас даже на эти дефекты я смотрю ровным глазом и предлагаю их Всевышней Силе. Хорошие движения и плохие - все это части процесса.

 

Хорошо, но вы должны продолжать.

 

1. 2. 1926г.    Есть два пути внутреннего движения, которые я успешно практикую. Первое - пока храню ум тихим насколько воз­можно, пытаюсь с усилием открыть себя к более высокому восприя­тию, став осознающим сверх-разумную реальность. Второе - от­деляю мое внутреннее существо от действия и от умственного уров­ня, чтобы утвердить себя в сверх-разумном районе. Эти два движе­ния верны?

 

Они кажутся мне двумя аспектами - активным и пассивным - одного и того же усилия. Но вы делаете это усилие всегда с умом. Это неизбежно вначале, но тишина, которая приходит, не есть условие, это субстанция, “умственный заполнитель”.

 

Я понимаю это умственно, но я этого не осознавал еще. Я должен всегда делать усилие, полностью энергичное, усердное, напря­женное, поскольку оно наполняет собою даже мой физический мозг, в котором я его чувствую. Когда я поднимаю давление усилия, волны внизу возобновляют свое движение. Я также очень легко бываю по­тревожен внешними шумами. Даже когда они не вызывают никакой мысли во мне, они резко тянут мое внимание, которое приковывает­ся к ним.

 

Вы будете чувствовать их происходящими где-то в вашем рас­ширенном сознании, но без беспокойства. Действительно, все будет казаться вам как будто снаружи вас. Это было моим переживанием, когда я занимался в течение 10 дней с Лиле. Он велел мне осторожно отгонять любую мысль, которая появится. Я сделал это, и через 3 дня мой ум был тих, умиротворен и неизменяем. Мысли плавали передо мной, я видел их и осознавал их, но не был более их игрушкой.

Эта тишина сначала умственная. Есть две части в уме: одна отражает активность Пракрити, другая участвует в тишине Пуруши.

 

Я понял совершенно ясно. До сих пор единственный достиг­нутый результат - это большая тишина и более глубокий мир, менее нарушаемый фактами жизни, которые кажутся мелкими, больше интуитивности и большая легкость в единении меня самого с тем, что есть вокруг меня.

 

Это уже что-то важное. Продолжайте и развивайте также и это чувство единения с натурой, которое вы имеете.

 

Поскольку вы не возражали, я принял предложение работать учителем в городском колледже.

 

8. 2. 1926г.      Мой ум иногда тамасический, иногда раджасический, по временам внешние звуки являются причиной трудностей. Они звучат тем с большей силой, чем более мой ум спокоен и пуст.

 

Каковы ваши внутренние движения?

 

Всегда два движения. Первое - успокоить ум, оставаться внимательным к влиянию свыше, или второе - отделить себя от тихого умственного существа и пытаться осознавать мое сущест­вование над умом, мелькнувшее во мне однажды в быстром пережива­нии.

 

Если вам удастся не допустить никакую мысль, достигнуть абсолютной пассивности, фактически могут произойти три вещи. Или глубокая тишина снизойдет и завладеет вами, или сознание отделится от внешнего мира и достигнет другого уровня, или, наконец, если первые два не осуществились, последует вторжение внешних впечат­лений, которые станут всесильными. Отсюда важность совершения всего спокойно, оставаясь внимательным к высшему влиянию, откры­тым к высотам.

 

Для меня трудно сохранять это положение и это стремле­ние, когда я привожу в тишину мои мысли, поскольку именно мысль помогает мне побуждать их.

 

Трудно потому, что вы думаете, что трудно, и вы не привыкли к этому. Но это важно. Практикуйте это. Если ваше сознание оставляет физический уровень, это само по себе может отключить все ощущения. Вы, во всяко случае, должны будете развить это, и прекрасно могли бы иметь это уже сейчас.

 

Я предполагаю, что эти трудности общие.

 

Совершенно общие.

 

Попытки ума любыми средствами сохранить его владение мною неистово бросают меня то туда, то сюда. Легче, как казалось бы, преодолеть причину возбуждений, удалившись от мира. Это то чувство, которое, несомненно, давало отвращение саньясина к миру мирского. Но я понимаю, что есть другой путь, чем путь умствен­ного контроля.

 

Да, и, наряду с этим, урезанный мир, в котором живет саньясин, очень часто становится полем тех же самых трудностей и битв. Всецело тщетно пытаться отрезать себя напрочь, как они хотят. Многие чувствуют это. Старый йог в Бенаресе сказал мне, что если бы он мог начать все сначала, он бы изменил весь свой метод в этом направлении. Если мы здесь в Ашраме несколько отделены от человеческого контак­та, то это не из-за того же самого довода отвращения к миру мирского, но главным образом для того, чтобы избежать ударов и давления мыс­лей других, направленных к вам.

 

Это переживание, которое я подготавливаю в себе, то, что было описано как второе рождение?

 

Да, но в этой Йоге человек должен пройти через многие новые рождения!

 

10. 3. 1926г.   В медитации весь ум спокоен. Его склонность созда­вать образы, исчезает, как и склонность резонировать и создавать идеи. И я остаюсь неподвижным и не способным ни к какому внутрен­нему движению. Что мне следует делать в медитации? Как этому новому состоянию следует быть внесенным в обычную жизнь?

 

В ваших первых анализах ум разделен на две части: одна, чьи движения вызываются натурой, и другая, которая есть доля Пуруши, и она остается неподвижной. Сейчас необходимо расширять силу этой части неподвижной, чтобы оставаться следящим за изменениями дру­гой. Мысль будет казаться вам проходящей перед умом, и он будет становиться сознающим, что это Всеобщая Натура будит игру мыслей. Человек должен подойти к этой всеобщности. Мысли будут приходить снаружи, и вы будете видеть, как они оформляются в вас. Вы также переживете, что вы имеете силу над ними: вы будете в состоянии сделать выбор, отвергать движения и прочее. Это есть начало владения. Часть неподвижного ума должна также быть увидена, как отражение более громадного всеобъемлющего Пуруши над вами. С обеих сторон вы должны освободить себя от себя.

Вы должны расслабить давление, которое вы наложили на ум, чтобы преуспеть в овладении мыслью и быть свободным от нее. Наста­ивайте на позиции следящего. Когда мысль приходит, исследуйте ее, рассмотрите, откуда она пришла, проследите ее. Две части, которые вы таким образом отделяете, должны объединиться снова в одно.

 

У меня возникло чувство, что есть только одна часть с двумя возможными состояниями, одно активное, другое пассивное.

 

Сначала необходимо делать ударение на разделении прежде, чем сделать синтез. Вы переживете, что это не вы, кто думает, но Пракрити, это есть первое освобождение. Способность мыслить не будет от вас отнята, но вам будет казаться, что мысль снаружи вас.

 

Нет изменения в сознании. Только в инструментах этого сознания.

 

Действительно, но эта подготовка инструментов как таковая очень важна.

 

13. 3. 1926г.   В состоянии медитации сначала есть достаточно большое действие полу-автоматического ума, которое продолжает первоначальное движение. Мало-помалу это действие становится тихим и прекращается. Я оказываюсь тогда лицом к лицу со спокой­ным умом. Но есть другая активность ума, вид внутренней речи, которая, кажется, вызывается мною самим. Этой речью я говорю себе: “Сначала я наблюдаю мои мысли... сейчас все тихо... я должен прекратить разговаривать с самим собой”. Возможно ли абсолютно прекратить и эту деятельность? Откуда она приходит? Законы ее действия суть правила ума, но она, кажется, отражает некоторые цели Пуруши, или служит ему как инструмент знания и действия. Если бы это действие было бы возбуждено посредством Пракрити, получалось бы, что она борется против себя самой. Как может Пуруша, который тих и неподвижен, вызывать изменения?

 

Сначала случается так, что Пракрити действительно борется против себя - определенные части против других определенных час­тей. Но Пуруша не полностью неактивен. Это неактивность, сведенная к единственной роли пассивного следящего. В Санкхье это называется сакши. Но даже тогда он может или дать свое согласие, или отказать в нем, он является и подателем санкций, ануманта. Но Пуруша более этого. Он не выполняет, его деятельность наверняка не исполнитель­ская, но он - знающий и владеющий, и что он решает, Пракрити выполняет. Пракрити не работает только для себя, она работает и для Пуруши также. В большинстве людей Пуруша скрыт за всеми умствен­ными действиями. В нем действительно есть согласие на действия Пракрити-натуры. Но тогда Пуруша не свободен: натура набрасывает свое действие на душу, и, чтобы вырваться из этого, душа должна, во-первых, обнаружить свою позицию следящего. Затем она пережи­вает, что имеет определенную силу над действиями натуры.

 

Является ли это согласие души осознанным, или это нечто более глубокое?

 

Оно не в умственном Эго, вот почему оно кажется несознатель­ным. Но когда душа становится свободной, это становится осознанным.

 

Эта часть, которую я называю собою, которая смотрит на успокоенный ум, не участвуя в его действиях - это Маномайя Пуруша, умственный Пуруша, умственное САМО?

 

Да.

 

Согласие Пуруши индивидуально? Вселенское не детерминирует его?

 

Есть всеобщий Пуруша, как есть индивидуальная душа, и есть то, что превосходит их обоих. Эта индивидуальная душа отдельна, обособлена, хотя не разделена. Она не чувствует себя оторванной от целого. И когда она становится полностью сознающей, она имеет пря­мой доступ к трансцендентному. Без этого индивидуального Пуруши никакого организованного действия не было бы возможно.

Стадия Парамахамса, в которой человек абсолютно не сознает своих действий, как ребенок или как лист, носимый по ветру, есть фаза подготовительная к тотальному прекращению связи Пуруши и Прак­рити. Финальное отвержение приходит со смертью тела. Но мы хотим не прекращения, но перемещения действия, ограниченного пределами сознания, посредством подлинного действия, руководимого знанием Правды.

Мысль, как средство знания, есть низшее средство. Когда Пу­руша освобожден от Пракрити, он получает все знание в себя прямо. Он знает прямо посредством своего рода видения, прямого контакта с правдой. Это похоже на следующее явление: например, когда вы в гневе, вам нет нужды думать “я в гневе”, вы знаете это не через посредство мысли, вы знаете это без нее. Прямое знание подобно этому. Даже когда позднее душа переводит это знание в умственные термины, знание остается независимым от них. Наряду с этим, только часть, фрагментарная и деформированная, может быть просто пересказана. Вот почему я нахожу, что выразить себя в словах так трудно. Если бы вы развили эту способность в себе, я смог бы показать вам правду прямо без перекладывания ее в слова.

 

Я осознаю, что я существую независимо от моих мыслей, но я тогда слаб и ничтожен без знания и действия.

 

Это новое состояние, которого вы должны добиться. Вы увиди­те, что ваше знание не ограничено мыслью.

 

Я не вижу, что мысли вызываются во мне через посредство Пракрити. Я знаю, что ум не есть я сам, но мысли кажутся рожден­ными в уме.

 

Да, но во Вселенском Уме, который формулирует их в нас. Пока вы заключены в физический мозг, естественно, вы не можете иметь это понимание. Но позднее вы сможете распознать это действие вселенского ума, который проецирует идеи в ваше умственное поле.

 

Как можно достичь этого?

 

Продолжайте нажимать на разделение. Вы можете заставить замолчать даже внутреннюю речь, руководимую Пурушей. Вы можете отделить себя от нее.

 

Да, я наблюдаю ее как бы вне меня.

 

Подчеркивайте разделение еще больше. Есть необходимые ста­дии, подобные этой. Люди остаются более или менее долго в той или иной стадии.

 

19. 4. 1926г.   Всю неделю я пытался снова оттянуть ум в молча­ние, но без успеха. Этот великий мир там, за. У меня появилось чувство прозрачной среды. Не есть ли это переживание, которое христианские мистики описывают как зеркальное море, а японские - как хрустальный дворец?

 

Есть две главные вещи, которыми человек воспринимает осоз­нание этого: одна аналогична ощущению прозрачного неподвижного моря и другая - эфирного воздушного пространства.

 

Имеет ли душевное знание отношение к фактам, существам и событиям проявленного мира или просто к метафизической прав­де?

 

Слово “метафизический” означает умственное знание. Есть в душевном знании близость к конкретной реальности, сильно отличная от интеллектуального рассуждения. Сказать, что оно дает материаль­ное знание было бы не правильно. Это не его поле. Оно преобразует существование в существование правды, в пламя стремления к правде. Душевное знание - это скорее контакт, чувствование. Когда говорят, что сердце знает лучше чем мозг, то хотят выразить что-то, подобное этому, хотя бездна лежит между эмоцией, чувством и душой. Душев­ное существо получает правду, но не создает ее в отличие от сверх-разумного. Подлинное знание, которое никогда не ошибается, достигается путем тождественности.

Способность узнавания правды с первого взгляда приходит из интуиции, одного из видов низшего сверх-разумного знания. Первая форма интуиции одета в умственные формы, которые искажают ее. Кроме того, ум не удовлетворен тем, что он получает, и лепит вокруг нее свои собственные приращения. В этом есть что-то подлинное и очень много ложного. Когда существо начинает просить интуитивного знания, персональность посылает свои желания и предубеждения под видимостью интуиции, и поэтому, даже прежде чем она достигнет совершенства, развиваются другие формы знания.

Есть четыре формы степени в интуиции, в этой элементарной форме сверх-разумной правды:

- интуиция - употребляемая в собственном смысле, споради­ческая и нерегулярная, которая приносит изолированные элементы правды, она дает впечатление воспоминания скрытого, прошлого или подсознательного знания;

- проницательность - умение различать, это процесс, не ин­теллектуальная работа, которая принимает определенные элементы и отвергает другие;

- вдохновение - что-то приходящее извне и расцветающее внутри, это сходно с голосом, который говорит в вас;

- откровение - подобие видения.

 

26. 4. 1926г.   Эту неделю моя медитация была лучше, глубже и более равномерна. Я чувствую силу, спускающуюся в центры Анахата и Муладхара, и даже в ноги. В определенные моменты ноги стано­вятся одеревеневшими. Также есть большая тишина, которая, если бы я мог приложить ее прямо к уму, успокоила бы весь ум единственно путем своего нисхождения. Один раз мне случилось увидеть вспышки света.

 

Вы говорите, ноги стали одеревеневшими? Вы чувствуете силу, спускающуюся в ноги?

 

Да во всяком случае, я осознаю свои ноги, сила делает там некоторую работу.

 

Если вы не чувствуете силу, спускающуюся туда, но только осознаете ноги, тогда возможно, что сила, которая пытается спустить­ся, встречается с препятствиями, и это есть причина одеревенелости, которую вы чувствуете. Когда сила спускается и давит, тогда после медитации человек может, однако, удалить эту неспособность двигать­ся, применяя силу сам. Но если есть одеревенелость, тогда, возможно, есть борьба.

Тишина, о которой вы говорите, какова она?

 

Это переживание не полное. Я знаю, что смог бы побудить эту силу действовать, чтобы успокоить ум, но это не осуществлено.

 

Эта работа необходима на всех планах, чтобы сделать возмож­ным открытие и тотальную осознаваемость.

 

3. 5. 1926г.     Ничего нового в моей садхане. Ум не впадает в спокойствие, хотя и чувствую силу, нисходящую в меня. Она более не как волны, вибрирующие снаружи, проходящие мимо до Муладхары. Теперь это более тихая сила, которая течет мягко, спокойно и проникает в меня.

 

Откуда эта сила приходит?

 

Если бы я мог локализовать ее в пространстве, я бы указал ее источник над головой. Я пытаюсь объединиться с этой силой в этом месте.

 

Где ваше сознание?

 

В голове.

 

В макушке головы?

 

Когда я могу разобщить себя и забыть мое тело и ощущения, мое сознание может быть центрировано над головой. Но это чрез­вычайно трудно для меня.

 

Нет необходимости забывать свое тело. Если бы ваше сознание было бы фиксировано в этом месте, вы могли бы продолжать постоянно получать чувственные впечатления, но смотрели бы на них оттуда.

 

Я бы видел их снаружи себя?

 

По крайней мере как отличное от тихой зоны, которая была бы как внешний слой вашего сознания.

 

В настоящее время я идентифицирован скорее с этим внеш­ним слоем и я смотрю во внутренний тихий слой. Но я пытаюсь открыть себя, насколько я могу, этой силе. Где находятся трудности, в уме или в физическом?

 

В уме. Но часто требуется определенная длительность време­ни, чтобы получить первый результат. Не нужно ничего другого, толь­ко упорно продолжать.

 

В моих усилиях осуществить это разделение? Я делаю подъем в движении в нервном токе, и тем самым я часто получаю неврологию.

 

Нет пользы делать такие усилия. Скорее через тихую волю это разделение происходит. Когда человек делает усилие, часто болит го­лова или появляются другие небольшие нарушения. Ум не будет всегда тихим, но будет один район, постоянно полный мира, недоступный для движений, которые достигают только внешней части.

 

10. 5. 1926г.   Не много изменений за это время. Мой ум, кажется, все более и более снаружи меня и я могу смотреть на его действия незатронутым. Он старается использовать каждую вещь, чтобы цепляться за старый способ чувствования и действия, но даже вне­запные броски не беспокоят меня более, как было прежде.

 

Приобрести эту тишину, которая покоится на восприятии не­изменного Пуруши, есть начало сознания.

В Йоге человек должен оставить все, все идеалы, также как и все желания. Приходит момент, когда подлинное в существе - то, что не умственное, но глубокое, которое должно быть использовано Все­вышним - пробуждено. Это происходит, когда сила нисходит в физи­ческий план. То, что было умственное или виталическое, отвергнуто, но подлинные формы действия продлеваются.

 

17. 5. 1926г.   Эту неделю ум и виталическое были более послушны­ми и медитация более легкой. Но ничего нового. По временам, когда ум совсем тих, он дает мне чувство прозрачности, нечто, подобное желе.

 

Ум остается неподвижным сам по себе, без приложения давле­ния на него?

 

Нет еще, но есть автоматическое внутреннее движение, которое ставит меня так, как наблюдателя, перед моим умом.

 

Прежде чем начать призывать вниз что-то более высокое, не­обходима эта тишина, чтобы не быть потревоженным вторжением мыс­лей.

 

24. 5. 1926г.   Трудности приходят всегда от механической части ума, она цепляется за все, что можно найти: мелкие вещи ежедневной жизни, книги, покупки - и строит из этих данных расцвеченные гирлянды. Тем не менее есть постоянно определенный прогресс в способе, которым я смотрю на активность ума, она кажется более внешней.

 

Вы не можете полностью освободить себя от этого механическо­го действия, пока не выполните до конца трансформацию физического. До тех пор вы будете в состоянии останавливать ее по намерению, например, в течение медитации. Вы увидите ее снаружи себя и будете полностью свободны от этого.

 

Я слишком интересуюсь всем этим. Это дает возможность моему уму закрепиться на механическом действии. Самые высокие части моего ума впали в молчание: я более не имею никакого интереса к спиритуальным книгам, вроде Гиты. Только эта механическая часть остается активной.

 

Потому что ею наиболее трудно управлять. Кроме того, физи­ческое сознание всегда интересуется внешним миром, внешними веща­ми, и даже если они были не в нас, они наполняют окружающую атмосферу. Если человек не следует саньясе, он должен бороться, как вы. Но это скорее негативный факт, и не должно придавать ему слиш­ком большую важность. Позитивное переживание более значительно, это или глубокая тишина, или свет свыше. И они совершенно естест­венно удаляют остатки этой механической активности. Вы должны стремиться к этому.

 

Есть центр, расположенный около сердца?

 

Нет, все центры расположены по прямой линии. Тот, что назы­вают сердечный центр, находится в солнечном сплетении. Манипура - за пупком. Они соединены позвоночным столбом.

 

Мне не совсем понятно, что такое выход наружу в виталическом или умственном теле.

 

Когда виталическое тело покидает физическое, последнее ос­тается в трансе, но если выходит только ум, этого не происходит. Ум покидает тело, например, в медитации, и идет посетить определенные места или планы. Он может там наблюдать происходящее и даже сде­лать себя чувствующим. Это даже не целый ум выходит таким спосо­бом, но определенная его часть. В этом нет необходимости, как в трансе. Если вы очнетесь, ум приходит назад немедленно без всякой опасности. Это не то же самое, если само виталическое вышло наружу. Связь, соединяющая его с физическим, есть сама жизнь, и потому, если эта нить обрезана, в результате последует смерть. Внезапный призыв вер­нуться также опасен. Как правило, лучше овладеть определенными переживаниями умственного выхода наружу и умственного знания планов, прежде чем пытаться выходить в виталическом теле.

 

Таким образом, в этой Йоге выход наружу в умственном теле предшествует выходу в виталическом теле?

 

Да, но оба они все же второстепенные по отношению к спиритуальному переживанию, которое намного более важно.

 

Я понимаю, что спиритуальное переживание фундаменталь­но и все остальное необходимо просто потому, что совершенство должно быть достигнуто на всех планах. Я так устаю на моей работе в колледже, что иногда я медитирую лежа.

 

31. 5. 1926г.   Моя медитация становится глубже и более разъеди­ненной с внешним миром. В некоторые моменты мне удается наблю­дать себя думающего. Мысль все же еще не кажется чем-то внешним, но я могу тем не менее рассматривать эту активность, как объек­тивную. Я даже совершенно осознаю, что мысль есть всецело повер­хностная деятельность и что она не задевает глубокие слои моего существа, но остается на поверхности. Когда медитация становится глубокой, мои ступни начинают болеть, в то же самое время возникает подобие давления и вытаскивания. Возможно, это виталическое существо, поднимающееся, чтобы отделить себя?

 

Может быть и так, или, возможно, это модификация, которая обычно производится, когда Всевышняя Сила постепенно трансформи­рует даже физическую субстанцию. Эта субстанция нечиста и не может принимать побуждение без предыдущей трансформации.

 

Это сама физическая материя изменяется или жизнь этой материи?

 

Это клеточная модификация, производимая внутри виталической и умственной части клеток, но даже физическое тело, физическая материя устойчиво участвуют в этом

 

В моих медитациях есть несколько внутренних позиций, которые я не могу занять, и каждая вызывает определенные виталические течения. Я могу пытаться принять позицию следящего за умственной активностью, могу пробовать взобраться выше и твер­до держаться самого верхнего положения моего существа, могу при­зывать силу вниз. Центр моей последней медитации, где я был собран, был не над головой в высоте, но за солнечным сплетением, в глубине.

 

Это район душевного существа, которое за “сердцем” - сол­нечным сплетением. Здесь находится один из оккультных центров, тот, что управляет обычным человеком. Вы должны также осознавать центр над головой, откуда центральное существо правит всем.

 

Но не конфликтующие ли это течения? Я произвожу их всле­пую, не зная их воздействий. Что из этого хорошо?

 

Все хорошо. Вы должны только следить, что происходит. Центр в голове и солнечное сплетение должны взаимодействовать в совершен­ном владении инструментами. Каждый имеет свою сферу правления.

 

Будет ли это положение следящего за умственными измене­ниями полезно во всех обстоятельствах обычной жизни? Сейчас в этом состоянии я могу управлять только менее важными полуавтоматическими действиями. Как только нужно определенное внима­ние, я снова теряю себя в действии.

 

Но это не неизбежно, это вопрос привычки. Вы все еще не преодолели иллюзии, в которой видите себя как делателя. Естественно, это положение следящего необходимо, это первый шаг. Все части ума тем самым могут сделаться автоматическими, а человек наблюдает их сверху и может остановить или видоизменить их.

 

Но во мне эта автоматическая деятельность еще не доста­точно развита, и я могу поручить ей только менее важные задания.

 

7. 6. 1926г.   Есть циклы в моих медитациях: хороший период и такой, когда они более трудны. В настоящее время я совсем хорошо могу успокаивать свой ум, могу отделять себя от него и пытаюсь проникнуть в район, который я чувствую под ним. Мой ум теперь кажется мне малой порцией моего действительного существа. Но есть надо мной вид пелены, которая не уступает и мешает мне пройти, и когда мне удается успокоить ум и я пытаюсь проходить через нее, я осознаю боль, или скорее ощущение, в ногах и ступнях, которые тогда притягивают внимание моего существа. Я не могу отделить себя от этого, потому что чем больше я делаю усилий, тем сильнее это ощущение становится.

 

Есть части в вашем физическом сознании, которые сдержива­ют вас. Вы можете осознавать их или нет. Но когда вы пытаетесь прорваться сквозь покров, они задерживают вас. Вы не готовы. Необ­ходимо снизойти силе свыше, и подготовить ваше низшее сознание. Эта пелена или завеса может быть пересечена снизу, но это более трудно и не все могут этого сделать. Но если сила нисходит свыше, она может удалить завесу. Таким образом, открывать себя этой силе - это первая необходимость.

 

Тогда это значит, что мне следует принять пассивное положение и не пытаться центрировать мое сознание вверху?

 

Цель, естественно, поднять себя над умом, но сила должна подготовить то, что не готово. Даже если ум тих, эти несовершенства сдерживают вас.

 

Какова разница между душевным существом за сердечным центром и центральным существом над головой? Являются ли они двумя существами или единственным существом?

 

С одной точки зрения они едины. Но ваше существо хотя и едино, все же составлено из многих различных существ. Также ваше умственное существо отлично от вашего физического или виталического существа, также душевное существо, душа, отлична от центрального существа. Душевное существо есть передатчик, который получает свет и отправляет его к низшим персональностям. Оно остается сзади и правит персональностью. Душевное существо находится в прямой свя­зи с правдой, которую она организует и передает во внешнее существо. Центральное существо не может организовать правду: оно над всей эволюцией. Это душевное существо развивается спиритуально через различные персональности.

 

Тогда это центральное существо находится над простран­ством и временем и за тем существом, что успешно развивается через персональности?

 

Да, душевное существо есть только душа, которая развивается, которая поддерживает и подготавливает персональность. Центральное существо не имеет прямого действия, оно председательствует и следит.

 

14. 6. 1926г.   Я пытаюсь понять сопротивление, которое есть во мне. Единственное, что я делаю - это открытие себя силе свыше и полная самоотдача. Каждый раз, как сила приходит, я чувствую ее идущей вниз, к солнечному сплетению, и затем на уровне живота ощущается сопротивление, которое транслирует себя в негибкость ног и своеобразное чувство в ступнях и руках также. Затем я пытал­ся видеть, какая часть ума была соединена с сопротивлением. Ка­жется, что это наиболее материальная и физическая часть ума, та, что имеет дело с формой и объектами.

 

Да, но она не должна ни во что вмешиваться. Эта часть ума, физический ум, полезен и должен делать свою работу. Это не плохо, пока он не пытается навязывать свои желания. Но я предполагаю, что это не так. Что вы чувствуете точно? Вы чувствуете Силу снаружи себя, не чувствуете ли вы ее работу внутри также?

 

Я чувствую, что она проходит вниз до солнечного сплетения, но ничего не доходит до пупка. Иногда прежде я чувствовал Муладхару. Теперь я не чувствую ее так отчетливо, но нет определенного разделения между “внутри” и “снаружи”. Возможны два основных объяснения для этих ощущений... Во-первых, жизненные ощущения уходят из конечностей в глубокой медитации, а я к этому еще не привык и чувствую небольшую боль. Во-вторых, есть препятствие на пути силы.

 

Есть препятствие в форме физического ума. Это часто случает­ся с умом, приученным быть слишком активным. Он не достаточно пластичен и должен изработаться, пока не станет полностью пассив­ным для святой Силы. Постепенно эта позиция будет преодолена, если вы продолжаете самоотдачу Силе. Иногда Сила, приходящая вниз, не проходит сквозь все чакры, а лишь свет спускается на те, что готовы. Есть частичное просвещение, которое совершенствуется после. Такова может быть ситуация, если некоторые чакры остаются нетронутыми.

 

Кажется, мне нужно отвергнуть эти низшие движения ума, когда они не необходимы, и подчиняться им так мало, насколько возможно.

 

Совершенно точно, это отвержение необходимо.

 

Возможно ли мне теперь делать какую-то умственную рабо­ту, подобную изучению астрологии?

 

Я бы этого не советовал. Пока оставьте ум спокойным до тех пор, пока тишина не обоснуется. Тогда приходит период, когда ум изменяет свою работу, и работа может быть предпринята, как поле действия, чтобы довести до конца процесс.

 

Тишина, которую я могу в определенное время произвести в моем уме, так сказать, искусственна. Она наложена волей и необходимо постоянно следить, чтобы ни одна мысль не вторгалась. И она не длиться долго. Я знаю, что это не есть та тишина, что должна придти сверху и обосноваться в моем уме. Тем не менее я всегда чувствую, что та тишина так близко, и покров тонок и становится все тоньше и тоньше. Но возможно, я не прав в своих ожиданиях? Вы говорили, я был не готов. Это значит, что часть ума не готова была впустить силу?

 

Да.

 

Это будет преодолено?

 

Конечно. Когда вы пришли сюда, вы взялись за работу с очень сильным стремлением. Но по ходу работы дефекты ума поднимаются, и они должны быть преодолены.

 

Правда, что я расслабил мое усилие, и мой ум заявляет о себе снова старым путем. Я сейчас попытаюсь возвратить прежнее рве­ние.

 

Это точно так.

 

Я полагаю, нет нужды быть обескураженным. Я совсем не расхоложен, не опечален тем, что этот процесс занимает такое длинное время.

 

Действительно, нет никакой нужды.

 

21. 6. 1926г.   Есть медленное улучшение, но нет еще радикального изменения. Боль в ногах значительно уменьшилась, и я нахожу мень­ше препятствий на пути силы, идущей вниз. Но ничего не измени­лось. Я чувствую точно, что если бы сильное давление сзади было развуалировано, оно быстро бы стабилизировало ум.

 

Чувствуете ли вы его в уме?

 

Да, но я знаю, что оно приходит сверху. Также мой ум уже имеет меньшую склонность занимать себя всем, чем попало. Пре­пятствие всегда составляет, как мне кажется, та часть ума, кото­рая взаимодействует с наиболее внешними аспектами вещей. И мне еще трудно уйти от этого.

 

Возможно совсем малая вещь удерживает вас, но она очень упрямая.

 

Любопытно, не была ли боль в ногах вызвана курением таба­ка?

 

Нет, поскольку табак есть виталическое желание и создает виталическое препятствие. Есть, возможно, некоторое сопротивление в самом теле. Но что несколько необычно, это сопротивление физиче­ского ума на этой стадии, и когда оно приходит, оно очень упорно. Но в вашем случае, оно, кажется, поднимается сейчас. Это может быть обусловлено фактом, что мы все работаем в физическом уме, и общее сопротивление находится там. И у вас оно поднимается одновременно со всеми. Вы должны истощить его. Это все.

 

В моем уме нет беспокойства, потому что я знаю, что я на правильном пути. Мне очень трудно отделить себя от физического тела, и моя медитация не глубока. Каждый звук, чуть более настой­чивый или повторяющийся, призывает мое внимание и ломает мою медитацию.

 

Не нужно так легко приходить в беспокойство. Не потому ли это, что у вас есть фиксированная идея, что такой звук может мешать вам? Вы могли бы слышать без всякого впечатления в уме. Часть ума воспринимала бы его, но центральная часть ни в малейшей степени не была бы обеспокоена.

 

Несомненно, это так. Слабый звук входит и проходит неза­меченным, но когда однажды мое внимание разбужено, трудно отра­зить звук в спокойствии.

Что легче отделить от моего подлинного САМО: тело или ум?

 

Когда вы вне тела, вы находитесь в истинном уме!

 

Иногда я чувствую часть моего сознания где-то перед моим лицом, но как только я начинаю осознавать это, я сразу возвраща­юсь в мое телесное сознание. (Шри Ауробиндо улыбается.)

 

28. 6. 1926г.   Иногда активность моего ума очень мучительна. Я чувствую усталость и изведен этим. Нет сомнения, есть во мне что-то, что получает удовольствие в этой активности, потому что если бы не было этого, она бы прекратилась. Но моя сознатель­ная воля и огромная часть моего существа отвергает это и хочет остаться в свободе. Как это происходит, что такая малая часть победоносно оказывает сопротивление целому процессу?

 

Это может быть малая часть, но она играла важную роль в прошлой эволюции.

 

В начале недели медитация была хороша. Мне удалось отде­литься полностью от ума и сохранить его спокойным на время. Но последние дни не были успешными. По временам я чувствовал беспокойство. Не получает ли умственное сопротивление поддержку от виталического?

 

Да, и от физического тоже. Физическое есть вместилище про­шлых привычек и поддерживает их. То же самое делает и виталическое. Поэтому никакое совершенство невозможно, пока виталическое не открыто, и физическое не покорено. Но вам не следует так много настаивать на совершенстве ума. Он не может быть сейчас совершенен, то есть быть безмолвным и освещенным. Но он должен быть достаточно тихим, чтобы позволить силе сойти вниз и работать... Это есть то, что особенно нужно.

 

В прошлый четверг я чувствовал, что как бы огромная, вели­кая сладость - нет лучшего, более подходящего слова - парила надо мной.

 

Было бы предпочтительно для вас идти в этом направлении.

 

 Это означает более действенную самоотдачу?

 

Да, а не просто негативное усилие в уме. Вам следует более настаивать на позитивном аспекте. Негативная пустота не есть конец, но средство.

 

Почему даже слабые неотчетливые переживания, которые я имел - свет, глубокая тишина ума -• отступили и не приходят назад?

 

Это так случается. Нет непрерывного и регулярного разверты­вания, но чередование света и тьмы, отлив и прилив. Но переживания должны стать более и более частыми и продолжительными, пока они не станут приходить по намерению - и тогда овладение ими добыто.

 

12. 7. 1926г.  Мой ум становится спокойнее и я могу лучше отделить себя от его работы. Есть также вид расширения сознания. Все вокруг головы я чувствую в соприкосновении с живущей средой. Это еще очень неясно, только начало. Что я делаю сейчас - это, главным образом, остаюсь пассивным, позволяя силе течь вниз и работать. Она тогда идет вниз до уровня чуть выше пупка и растекается оттуда. Я наблюдаю работу силы. Мне кажется, что это все не очень спиритуально. Я имею в виду, что это имеет характер ощуще­ния - конечно, не физического ощущения, но не очень отдалено от него.

 

Нет такого различия между материальным и спиритуальным в смысле, что сила работает на материальном уровне, здесь это психофизический уровень и нет ничего изумительного, что вы можете чув­ствовать эту работу. Но она приходит свыше и имеет поставленную цель: сделать тело инструментом, годным для духа.

 

Дважды в течение медитации моя голова медленно склони­лась назад. Имеет ли это какое-то значение?

 

Я не достаточно это понял.

 

Я не приходил на прошлой неделе т. к. я был тогда весь в борьбе и не находил себя достойным свидания. Это было трудное время, пересиленное умом. Но сейчас лучше. Все время чередуются приходы ночи и дневного света.

 

Вы говорили о расширении сознания. Это важная часть процес­са. Если бы оно было прочно установлено, это бы шло правильно. Существенно внимательно наблюдать за силой, чтобы проследить ее в работе, видеть, как она работает, что происходит и как происходит. Сила может сойти вниз для организации средств выражения, она может работать сверху, или она может устроить переживание. За всем этим надо наблюдать.

 

Иногда в медитации случается, что образы заходят в поле зрения, но они не очень ярки, кроме того, я никогда не замечаю в них элементов, неизвестных моему сознанию.

 

Способности наблюдения образов не следует сопротивляться. Может быть, присутствующие образы - только мысле-образы, но они могут относиться и к более тонким проявлениям и стать вместилищем для чего-нибудь более высокого. Не следует расхолаживать эту способ­ность, но вам нужно оставаться их наблюдателем, не быть унесенным ими.

 

Если, смотря на эти образы, я начинаю думать “что это”, то мое думание - внутренняя речь - начинает оказывать влияние на сами образы, и они формируют себя различно.

 

Это думание должно быть оставлено, поскольку это испортит все. Что требуется - это пассивность без потери себя.

 

19. 7. 1926г. Эта неделя была тихой и спокойной, медитация - хорошей. Есть медленное улучшение в отделении от действующего ума, и есть также возрастающий мир и радость.

 

26. 7. 1926г.  Я отчетливо чувствую защищающее он нападения присутствие силы надо мной. Малая часть этой силы сходит вниз и работает во мне.

 

Какой вид действия она производит?

 

Я не могу видеть отчетливо. Это давление, что пытается расшириться, Я чувствую, что только малая часть сходит вниз. Она также давит на физический ум пытается утихомирить и успокоить его. Есть два движения, которые я делаю: одно - быть пассивным и открываться этой работе; другое - идти вверх, пыта­ясь объединиться с этой силой. Я имею тогда ощущение расширения, обширного сознания. Раза два я видел перед собой длинную бесконеч­ную дорогу.

 

Это все еще умственные образы, а все умственные образы име­ют тот же самый характер. Только они могут придти от более высокого умственного плана. Раз вы открыты для них, вы получаете знание о вещах, которых вы не знаете в обычном уме. Образ дороги есть очень общий образ из высшего умственного. Это известие о пути, что должен быть пройден.

 

Какого вида образы должны быть отвергнуты, какие приня­ты?

 

Первыми должны быть отвергнуты обычная работа ума и обра­зы материальной жизни, что окружают нас. После человек должен оставаться пассивным. Пришедшее сверху не обязательно будет ясно, и тогда человек должен уметь распознавать.

 

2. 8. 1926г.   Тихая медитация становится глубже. По временам вспышки света проходят перед моими глазами. Но я знаю, что они не связаны ни с какой внешней реальностью. Они такого же вида, как те проблески, что видимы, когда нажимаешь на свои глаза.

 

Эти вспышки - первые знаки опускания вниз света, в физиче­ское сознание. Они могут не приходить и чувство света может оставать­ся умственным, но если свет идет вниз, вспышки видимы. Но вы не должны приходить к поспешному заключению, что они того же самого сорта, как свет, создаваемый глазным нажиманием. Люди обычно ви­дят свои новые переживания с точки зрения усвоенных ранее пережи­ваний. Некоторые люди, когда они впервые видят этот свет, оглядываются, чтобы увидеть, не зажгли ли лампу, не настал ли рас­свет. Необходимо смотреть на это с более высокой точки зрения.

 

Но как возникает такое физическое впечатление света не через физическое? Вы говорите, что некоторое ослепление может произойти в это время?

 

Свет виден потому, что центр зрения затронут, а мы имеем привычку относить каждое новое переживание к тому, что мы уже знаем. Он мог бы не затрагивать физического зрения, если бы мы могли оставаться в стороне он него. Ослепляемость имеет две главных причи­ны. Первая в том, что многие люди, когда эти видения приходят, впадают в постоянную привычку сохранения своего внутреннего визу­ального внимания и создают беспокойство в физическом видении. За­тем, весь свет, который видим, очень ярок, и он дает тот же самый результат, как будто долго смотришь на ослепительный свет. Но долж­но быть установлено равновесие, которое даст возможность оставаться над, необеспокоенным и выдерживающим действие.

 

9. 8. 1926г.   Поскольку я выполнил некоторую умственную рабо­ту, мой ум причинил мне беспокойства. Есть два вида умственной работы, с точки зрения ее воздействия на меня. Когда я подготавли­ваю мои занятия или читаю легкую книгу, мой ум только поверхно­стно заинтересован, но когда я пытаюсь разрешить вопрос для себя, например, проблему из математики и если она меня интересует, мой ум снова развязывается и уносит меня прочь. Тогда он вырывается наружу с накопленной силой, и уже ничего не видит кроме, не позволяет мне медитировать и отрезает мою связь с более высокой жиз­нью.

 

Вам не следует быть отрезанным. Нет ничего более плохого заинтересованности некоторой работой. Но если ум, который работает, не есть весь ум, и есть часть, что остается в стороне, если вы не иден­тифицировали себя с работающим умом - тогда все идет как надо.

 

Я не могу сделать это разделение на практике. Когда я чи­таю, если я пытаюсь смотреть на мой ум, который читает в это время, я теряю значение того, что читаю. Это всегда было трудностью для меня. Пока я делаю любую работу в повседневной жизни, это может быть физическая или интеллектуальная работа, я от­резаю себя от моего более высокого стремления. Невозможно прак­тиковать Йогу в жизни.

 

Это потому, что виталическая и физическая части ума остались незатронутыми. Они должны быть открыты.

 

Мать говорила мне, что мое виталическое существо ранее было подавлено. В этом есть какая-то правда. Мое образование было научным и я не имел художественной культуры. Я не получал никакой помощи от искусства. Я далек от условных идей моральности, но я подавил определенные склонности виталического только для того, чтобы получить относительную свободу и владение. Я имею уваже­ние, но, конечно, небольшое, к эмоциональным проявлениям. Поэтому от виталического для меня мало пользы. Но что должно быть сделано? Я предполагаю, оно откроется к более высокому свету, и не нужно испытывать способности более низкие.

 

Виталическое откроется в процессе Йоги. Но что-то большее, чем пассивная самоотдача, необходимо. Для этой Йоги просто ожида­ние нисхождения силы, если она того захочет, не подойдет. Вы сделали почти все, что могло быть сделано высшим умом над, и открытие через чисто умственный процесс потребует, без сомнения, длительного вре­мени. Поэтому вы должны полагаться на более высокую силу. Но просто ожидания недостаточно. Вы должны просто призвать ее вниз, смотреть, как она работает, и делать запросы к ней. И это должно быть сделано в виталическом так же, как и в уме.

 

Какая разница между виталическим запросом и умственным запросом?

 

Это вы должны обнаружить. Вы должны видеть, что есть там, в виталическом, видеть возможности и вероятности, что должны быть сохранены. Вы будете полагаться на высший свет, чтобы решать, но вы не должны оставаться чисто пассивным. Высший свет покажет вам, что должно быть сделано, но вы должны выдвигать активный запрос для трансформации. Это не будет совершенным сначала, и вы станете встречаться с некоторым сопротивлением. Особенно в вашем случае такой активный запрос необходим. Другие люди нуждаются в некото­рой умеренности, поскольку они постоянно тянут вниз, будучи виталические и эмоционально нетерпеливы. Но это не ваш случай.

 

Раньше я всегда боялся умственной лени. Но я полагаю, что это было неправильно. Даже если я не делаю никакой умственной работы кроме того, что точно необходимо для моих занятий, нет вреда в этом.

 

Иногда хорошо изменить привычный способ работы на опреде­ленное время.

 

16. 8. 1926г. Прошлая неделя была более легкой для медитации, и сила приходила вниз с большой мощью. Она двигалась вниз до уровня пупка. Мой ум также более спокоен и не зависит так сильно от побуждающих причин. Что вы точно подразумеваете под открыти­ем ума и виталического?

 

Это первое открытие к более высокому свету и силе, и также открытие к влиянию того плана, который становится сознающим силы этого уровня.

 

Ум всегда открывается прежде виталического?

 

 Это более общий случай. Но виталическое может быть подго­товлено и прежде, чем ум откроется. Ум может частично открыться, и виталическое тогда способно получить более высокий свет. Но тоталь­ное открытие ума может прийти только позднее. В вашем случае, факт, сила работает сейчас на виталическом уровне, показывает, что она может пройти через ум без затруднений в движении. Вы должны от­крываться более высокой силе и свету.

 

Пытаться ли мне тянуть силу вниз?

 

Нет, только откройтесь ей. Она будет работать сама.

 

28. 8. 1926г. Сейчас я много занят на работе в колледже. Но в первый раз контакт с внешним миром не взволновал и не привел меня в беспорядок, как это обычно бывало. Придя домой, я был в состоянии предпринять медитацию довольно легко. Ум был относительно спо­коен и прозрачен для силы, которая сошла вниз. Главное место, где сила работает - над и вокруг пупка. Иногда я чувствовал отчетли­вое ощущение мощной силы, поднимающейся во мне.

 

Виталический центр начинает открываться в вас.

 

Основная трудность в медитации приходит из наиболее внешней части ума. Иногда она спокойна и пассивна, но иногда назой­ливые мысли очень упрямы. Они связаны с физическим устройством вещей, например, я думаю, поместить ли здесь полку или нет, что купить и т. в. С другой стороны, подготовкам моих занятий не бес­покоит меня. Но если я заинтересовываюсь в работе для себя, тогда я легко бываю унесен прочь.

 

Эти мысли беспокоят вас в медитации?

 

Когда я в благоприятном состоянии, они не беспокоят, но иногда я не могу избавиться от них. Особенно в утренней медитации, которая часто очень несовершенна. Наилучшей бывает вечерняя, между 6 и 7 часами. Полуденную я делаю между этими двумя.

 

Причина несовершенства утренней медитации может быть в том, что мысли, которые вы отбрасываете в бодрствующем состоянии, способны вернуться через подсознание, и они возвращаются в большинстве случаев ночью.

 

4. 9. 1926г.    Эта неделя не была так благоприятна, как прошлая, и, любопытный факт, на прошлой неделе я был очень занят снаружи, но когда я возвращался, я входил легко в медитацию, тело, виталическое и ум подчинялись ей. Может быть, я сейчас прохожу через старые последствия, которые не проявились вначале. Мое тело ле­ниво, мой ум беспокоен, поэтому нет многого рассказать вам. Какова причина того, что развитие всегда идет порывами и никогда не равномерно?

 

Это всегда так. Различные движения входят в действие в раз­личное время. Важно было бы распознавать когда они приходят. И наиболее упорные движения всегда повторяются, пока они не бывают полностью трансформированы.

 

Вы говорили о двух путях. Один прямой к сверх-разуму через ум, другой посредством открытия душевного существа. Это дейст­вительно два различных пути? Что является их характеристиками?

 

Да, есть два движения. Иногда ум первым открывается к свету, сверх-разум работает тогда через ум и использует механизм ума. Иногда душевное существо, которое всегда стоит за нами - ибо без щедрого душевного стремления ничто в этой Йоге невозможно - выходит впе­ред. Тогда нет умственного освещения, но горящий огонь души обра­щает все существо вверх. Оно тогда легко развивается. В последствии, конечно, весь механизм натуры будет также направляем сверху, но умственное движение не является главным.

 

Иногда мое стремление очень интенсивно, но когда ум возобновляет свою работу, он суживает его до некоторой степени. Что с этим делать?

 

Ум должен остаться, но он должен быть трансформирован. И то же с виталическим и физическим. Они должны полностью согласиться, а не только принимать давление, которое наложено умом.

 

Это я понял теперь. Из моего опыта с теософистами я могу сказать, что они пытаются только подавлять низшие тела посредством ума, но никогда не пытаются выявить эти уровни и транс­формировать их. Я понимаю, что сознание этих планов должно поддаваться высшему свету и совершать там преобразование. В мо­ем случае центральное принятие сделано, и я думаю, что даже виталическое и физическое принимает изменение.

 

Но вопрос в том, принимают ли это они сами или за счет давления, наложенного на них умом.

 

11. 9. 1926г.   В медитации я чувствую себя отдельным от ума. Я могу видеть свой ум работающим. Но, любопытная вещь, мой ум кажется остается соединенным с телом, и я наблюдаю его со стороны. Я вижу со стороны форму - строящий ум, говорящий ум, и когда звуки приходят снаружи, они кажутся появляющимися внутри этого ума. Но все это в теле, и я перед моим телом, смотрящий на него. Не сверху. Когда сила сходит вниз, она может растворять умственные формации, от которых я хочу избавиться. Я могу теперь использовать эту силу. Эта сила освобождает меня, и я испытываю ощущение родственное плаванию. Я никогда не иду вверх, но вперед, мне никогда не удается перерезать все связи с активным умом и двигаться свободно на моем собственном плане.

 

Это необычное движение. Обычно человек идет вверх, над те­лом, или обнаруживает некоторую широту, где нет размещения созна­ния.

 

Я не чувствую этой широты; конечно, я не могу быть очень уверенным относительно размещения моего сознания. Как только я пытаюсь думать об этом размещении в пространстве, я нахожу себя снова внутри тела. Это движение должно быть поддержано?

 

Я предполагаю, что это движение на умственном плане, но мы должны посмотреть.

 

Как я сказал, я осознаю растворяющую мощь силы, приходя­щей сверху. Она идет вниз к пупковому центру и работает оттуда. Все же я не могу сказать, как она работает. Но по временам подни­мается чувство виталической мощи. Я полностью осознаю сверху о поднимающихся виталических движениях. Например, чувство гордо­сти поднимается. Оно выходит из пупка и я осознаю его, как отдель­ное от меня самого. Но что я должен сделать с ним? До настоящего времени я пытался просто пригнуть его вниз и запрещать его вхож­дение в осознанное поле. Но я думаю, правильно ли это?

 

Нет. Это то, что люди обычно делают, но это просто подавляет виталические движения. Вы должны призвать вниз ту же самую силу, что растворяет умственные формации и применить ее, чтобы открыть виталическое. Вы должны наблюдать и понимать движения, видеть, как они поднимаются, что поддерживает их в натуре. Необходимо полное понимание этого.

 

Я делал так инстинктивно, и я предполагаю эти действия нечистыми, и все тaки предлагаю их, такими как они есть. Всевыш­нему, чтобы оно могло трансформировать их. Мать говорила мне вчера, что пробуждение души во мне сильно зависит от моей позиции. Можете ли вы рассказать мне что-то большее об этой позиции?

 

Это трудно. Эта позиция только тогда может стать постоянной, когда умственное более не есть выступающий фактор в жизни. Это все приходит к одному и тому же. Вы должны полагаться на мощь, что приходит сверху, и осознать, что есть нечто большее, чем сила.

 

Всевышнее, как персональность?

 

Мы всегда используем умственные слова, что вводят в заблуж­дение. Да, правда, что это поддержка всей персональности. Точка зрения Веданты о бесперсональном Абсолюте, которая так сильно распространилась в последние годы благодаря Вивекананде, есть толь­ко один аспект Правды. Она обращается к уму, особенно современному уму, но когда сознание поднимается над умом, ясно видно, что это частный аспект Правды. Это сила, что имеет персональность как гуна. Она использует бесперсональность, чтобы подняться над ограничен­ным эгоизмом наших персональностей. Бесперсональное видение Все­вышнего есть что-то большее, чем наша персональная концепция, ограниченная нашим умом. Но это ум ограничивает персональность. Она имеет существование над умом. Вы должны осознать, что Сила есть не просто Сила.

 

Правда, до сих пор я вижу ее только как работающую Силу.

 

Это потому, что вы всегда в уме, но когда душа открывается, вы не можете сохранять эту точку зрения. Это становится слишком ярким и реальным.

 

Должен я подняться для этого в сверх-разум?

 

Душевное открытие поднимет вас к этому.

 

До моего прихода сюда я придерживался ведантической идеи бесперсональности и даже теперь я не могу осознать умом, что действительно подразумевается под Всевышней персональностью. Как может ум занять правильное отношение?

 

Он может призывать к этому. Когда он получит проблеск этого, он более легко приведет себя в правильное движение.

 

14. 9. 1926г.   (После медитации с Матерью в течение получаса) Сила, подготовленная над моей головой, затем спустилась, особенно на уровень ума, и пыталась открыть его. Внешние мысли удавалось удерживать на расстоянии, хотя они пытались проникнуть. Меди­тация была трудна в этот день.

 

Мать: Да, сила спускалась. Она спускалась прямо до ваших ступней, но в низших районах она была более вне, чем внутри. Вначале вы имели очень сильное стремление. Затем что-то, должно быть, обес­покоило вас. Но стремление оставалось все время, полное мира и спо­койствия. Вы обладаете силой стремления, но она почти полностью зажата умом. Сила, которая спускалась вначале, есть сила мудрости чистого знания, она спустилась до уровня солнечного сплетения. Там было произведено своего рода приказание открыть ум. Открытие про­изошло, но оно имело геометрическую форму: треугольник, а внутри вид изображения идеи, которую вы сформировали о Всевышнем.

Сила тишины, молчания опустилась после. Вы говорите, что вы не чувствовали ее. Но она была там, и вы, возможно, почувствуете ее скоро. Спускается гораздо больше, чем то, о чем вы осознаете в насто­ящем. Но оно не потеряно в подсознательном и будет осознано посте­пенно. В вас есть великая способность тишины, которая может служить как полезное основание для нисхождения и последующего направле­ния. Еще в спускающейся тишине была Ананда. Был некоторый ответ в нижнем центре, но он был слаб и зарегистрирован в основном подсоз­нанием. Короче, я не думаю, что это теперь займет очень долгое время. Есть определенная жесткость в уме, но это - общее для всех выходцев с Запада.

 

Спускалась ли сила до виталического плана?

 

Да, и даже в физический, но точнее снаружи вас, чем внутри.

 

Есть, конечно, огромное отличие от моей обычной медита­ции. Теперь я чувствую даже лучше, чем в течение медитации, что есть что-то совсем близко, что спустилось.

 

18. 9. 1926г.   После медитации с Матерью я чувствовал очень глубоко присутствие великой тишины, которая была сзади меня. Она не вошла в мое сознание, но тем не менее я чувствовал ее поддер­живающей меня. Тогда, в медитации, святая сила быстро и легко сошла вниз. Она работала через пупковый центр на виталическое и также, кажется, на физическое. Нет какой-либо вибрации нижнего центра, но я чувствую, будто сила расширилась в само физическое. Мне казалось, она пришла из виталического сквозь тонкую физиче­скую часть тела. Но я не совершенно уверен в этом. Сзади грудного центра, который всегда очень активен, я чувствую присутствие чего-то, и оттуда мое стремление идет вверх и объединяется с силой, сходящей вниз. Я вижу вид соединительной линии между этим центром и верхушкой головы. Это прямая линия. Существует ли что-то подобное этому?

 

Это означает, что ваше душевное стремление поднимается и призывает силу вниз. Связь сформирована. В конце все центры будут соединены таким образом.

 

Мой ум все еще активен в старом направлении. Как это он не останавливается?

 

Старые привычки возвращаются! Но это не имеет большого значения, если стремление способно приносить силу вниз. Ум сам по себе не мог сделать многого, но сила, что приходит от Всевышнего, более мощна.

 

26. 9. 1926г.   Медитация стала легче. Она более существенная, более яркая, живая. До сих пор она всегда была трудной, тяжелой, давление воздвигалось умом. Сейчас возник определенный интерес в самой медитации.

 

То, что она стала более живой обязано, тому факту, что вита­лическое открывается.

 

Принципиальный факт в том, что сила приходит вниз к физическому. Она ощущаема физическим сознанием, и давление особенно действует на центры голеней и ног. Давление так сильно, что сейчас в течение медитации я лежу. В определенное время я чувствую давление надо мной и сзади меня. Это не точно давление, это не единственная точка сознания, но я чувствую его, так сказать, не только головным центром, но также и сердечным центром. Что есть это давление, я не знаю. Оно бесформенно, но дает мне сильное чувство мира, тишины и блаженства. Мои чувства также разбуже­ны. Что это?

 

Вы должны подождать и увидеть, что начинает проявляться само. Вы чувствуете это именно во время медитации?

 

Да, но также тогда, когда я обращаю мое внутреннее прикос­новение к этому. Я могу чувствовать это в другое время.

 

2. 10. 1926г.    Когда я сажусь для вечерней медитации, я чувствую над собой присутствие великого мира, он там, но он не сходит вниз, хотя мой ум стал спокойнее. Мои мысли тогда видимы, как происхо­дящие внизу. Я не чувствую большой разницы, между моей мыслью и чьим-то голосом. Они все действуют, так сказать, передо мною. С тех пор, как я пришел сюда, мой ум прошел через целый процесс. Теперь я не чувствую большой склонности рассуждать о простран­стве и времени, склонности к чтению книг. Только одна часть умственной деятельности остается - это занятия обычной жизнью. Они иногда причиняют беспокойства, однако мне удается обычно не подпускать их близко в течение медитации. В виталическом я чувст­вую то же самое. Там есть два центра, один выше и другой ниже пупка?

 

Виталический центр находится на уровне самого пупка. Есть действие сил между этим центром и грудным центром. Есть связь между этой частью и наиболее физической частью ума, материальным веществом ума. Ниже центра пупка есть другой центр, виталический центр также, всегда соединенный с внешней жизнью. Активность пуп­кового центра может быть ощущаема по всей талии. От этого центра до Муладхары - все виталическое. В Муладхаре виталическое соединя­ется с физическим.

 

Кажется, все эти центры становятся активными, хотя я не отличаю очень хорошо их различные активности. Что до физиче­ского сознания, оно кажется мне находящимися где-то на уровне рта.

 

Оно может быть где угодно. Центры закреплены, но физиче­ское сознание может быть центрировано везде. Факт, что оно находится в связи с горловым центром - общий. Это центр речи и выражения мысли, и большая часть виталических и физических действий там соединяются.

 

Я вижу разницу. Из Муладхары сила следует вниз к ногам и ступням или проникает через все физическое сознание. Но центр сознания, который проявляется в медитации, как отдельный от более высокого сознания, ощущается там, где я говорил. Но есть еще что-то, чего я не понимаю. Когда я медитировал с Матерью, святая сила приходила вниз. Но каково участие Матери или Ваше в таком приходе вниз?

 

Я не понял вопроса!

 

Святая Сила приходит изнутри. Как может она быть спущена вниз кем-то еще? Это не просто приведение в определенное состояние средств доставки, успокоение ума, которое может быть сделано извне, но реальный призыв.

 

Объяснение?! Это факт, не так ли?

 

Да.

 

Тогда этого достаточно.

 

Но я имел в виду, что если, предположим, я не пришел бы сюда, но делал Йогу где-то еще. Я и Бог были бы теми же, но это нисхож­дение не произошло бы. Есть ли какой-либо вид промежуточного центра святой Силы, например, спиритуальной силы, которая здесь, над нами?

 

Даже в случае, когда ищут только освобождения и пытаются слиться с Богом, такая помощь от кого-то, кто уже получил осознание, прежде всего необходима, поскольку силы неведения слишком велики.

То, что пытается сейчас здесь спуститься вниз, есть мощь зна­ния. В прошлом знание было достигнуто, но иной вид знания, знание более абстрактное. Теперь это знание для выполнения, для практиче­ских целей человеческой жизни. Оно есть в спиритуальной силе над нами. И поскольку вы находитесь здесь в соприкосновении с этим, оно пытается проявиться в вас. Знание проявляется более путем силы, чей свет - золотой. Сила же подлинной преданности поднимает душевное существо к чистому стремлению.

 

3. 10. 1926г.    Мать: Не ищите правды вашим умом. Что удерживает вас, это именно ваше образование и умственные привычки. Ваше внут­реннее существо открывалось, займите воспринимающую позицию, которая допустит нисхождение. Вместо попыток рассуждать, окуни­тесь в само переживание.

 

Я задал вопрос не потому, что мой ум сильно стал хотеть обратить все в умственные термины. Мой ум претерпел тяжелые удары, и он более не так требователен. Я чувствую правду совсем близко, во мне есть часть, которая это знает. Но время от времени в моем уме поднимается вопрос без придания этому большой важности.

 

Мать: Когда вы спросили об этом, это стало темой разговора, но об этом нельзя говорить до того, пока душевное существо не открыто. Если бы это переживание могло принести желаемое изменение пози­ции, все было бы преобразовано. Но это должно придти, оно вынуждено придти. Вы накануне этого. Оно зависит от вашего открытия Всевыш­нему.

 

9. 10. 1926г.    Давление теперь ощущается сильнее и опирается на ум. Оно направлено на полное успокоение ума и отделение моего сознания от работы.

 

Но это ум всегда работает?

 

Да, я чувствую в уме сознание, отделенное от ума, за мной сзади, но когда работаю, я снова прихожу к уму.

 

Что произойдет, будет так: ум более не работает, но все знания приходят свыше. Ум получает их, конечно, но он более не должен устанавливать правду путем рассуждения. И работа, даже наиболее внешняя, подобная обучению, будет направляться свыше.

 

Это означает, что ум совершенно безмолвен?

 

Ум только канал и ничего больше.

 

Почему так трудно внести в мое активное сознание внутрен­нее переживание?

 

Потому что это сознание заняло привычную позицию, с кото­рой сместить его очень трудно. Это может быть сделано двумя способа­ми. Первый - посредством самого ума, но это очень медленно, особенно в случаях, когда ум был жестко обучен и много работал, как у европейцев. У многих индусов, у которых ум тренируют иначе, это более легко. Но этот путь также не абсолютно безопасен. Когда ум, будучи освещен, начинает пробуждаться, виталические силы поднима­ются. В практическом использовании этих сил ум способен сделать ошибки, и даже если он получает свыше, он может ошибочно трансли­ровать правду. Второй путь надежнее и короче, это - открытие душев­ного существа. Он надежнее, потому что оно знает правду и если ошибка сделана, оно чувствует стеснение, пока все не пойдет хорошо.

 

12. 10. 1926г.   (После медитации с Матерью) Трудно для меня раз­личить все, что происходило в течение медитации. Я только знаю, что была сладкая, мощная и освежающая сила, которая нисходила в виталическое прямо из физического. Определенная поверхностная активность ума всегда остается. Есть это то, что удерживает меня от более ясного восприятия?

 

Мать: Каков ее характер?

 

Созидательные мысли приходят и пытаются войти. Иногда они останавливаются, не проникая очень глубоко. Иногда же я при­нужден отбрасывать их вон, чтобы они не завладели мною.

 

Мать: Да, они мешали, но это не так важно. Восприимчивость хороша. Как только вы садитесь, сила спускается, и вы получаете ее. Но упущено что-то в сознании. Вы недостаточно погрузились во внут­реннее переживание. Если бы не это, вы бы вернулись с полным знани­ем того, что произошло. Между вашей головой и грудью установлена линия света, колонна, но не круглая, а квадратная колонна слабого мерцающего света. Это как стены лестничной клетки, подготовление для того, что собирается спуститься в вас свыше. Белый свет приходит от Махаишвары. Это свет чистого знания и чистоты. Она великий подготовитель Йоги. Сила очищения теперь всегда здесь, подготавли­вая, регулируя. Когда все готово, другой аспект силы - Махакали - нисходит, и он принимает персональную форму, в то время, как сила Махаишвары неперсональна, по крайней мере, здесь. Я ожидала уви­деть это нисхождение. Но работа приготовления была слишком долга, усвоение и отсекание наружного заняло почти все время. Одновремен­но кольцо света отделило, как бы отрезало вас от мира, где вы жили внешне, и также от вашего прошлого. Эта сила приходит от Махалакшми.

 

До моего прихода сюда все мои медитации были в неправиль­ном направлении, чисто умственные. Я не имел ни малейшего представления о том, что есть внутреннее переживание. Вот почему, возможно, я имею эти трудности. Но, может быть, и они также все же были и полезны?

 

Мать: Как подготовка инструмента.

 

16. 10. 1926г.    Я чувствую работу двух сил. Одна идет прямо к душевному центру и остается там. Другая приходит сверху и прони­кает во внешнее сознание, в умственное сначала, затем в виталиче­ское. Первая более внутренняя, но призывает вторую в действие.

 

Есть такие два действия Силы.

 

Мне трудно сохранить мой ум сконцентрированным на внут­реннем переживании. Когда я слежу за внутренними движениями, я не слежу за мыслями, и они часто уносят меня.

 

Но именно это правильное движение, которое должно быть сделано. Мысли входят и выходят, не будучи замеченными, не получая уделенного им внимания. Вы должны следить за внутренним движени­ем, а не за наружным. Вначале вы должны были действовать на ум, чтобы ускорить его до какой-то степени, привести в порядок, чтобы разрешить силе начать ее работу. Но теперь вы должны отделить себя от своего ума.

 

Есть два метода? Один состоит в смотрении на мысли, когда они пересекают поле ума. Другой - в неосознании их посредством сосредоточения на внутреннем движении.

 

Я думаю, вы можете сейчас войти во второе движение, и вы должны помнить, что чем более вы сможете преодолеть идею работы посредством только самого себя, тем быстрее вы пойдете. Разрешите проявлению быть сделанным для вас.

Есть два пути: один посредством себя самого - это медленный путь, другой - путем разрешения всему быть сделанным Всевышним, этот путь побыстрей.

 

Я думаю, что это означает сохранение всегда внутренней связи с силой внутри.

 

Да. До тех пор, пока вы не станете едины с силой. Все будет направляться изнутри. Внутреннее сознание будет оставаться тихим и преисполненным мира, хотя для какой-то работы вы можете войти во внешнее движение и снова придти назад.

 

Эта идея САМО также исчезнет, поскольку она трудна?

 

Да, исчезновение ее неизбежно.

 

У меня по временам возникает чувство прозрачности, мысли происходят, как локальные активности, на которые я смотрю.

 

17. 10. 1926г.   Со вчерашнего дня я изменил все в моей медитации. Вместо делания этой вещи самим мною, так, как если бы я сам был направляющим, силу, я вполне просто открываю себя и остаюсь пассивным. Почти весь день я мог хранить контакт с силой и свою открытость к ее действиям. Но это довело меня до сна.

 

Мать: В течение сна в вас, как во многих других, не остается сопротивления. Все открывается, и работа осуществляется. Если сейчас чувствуете наклонность ко сну, не сопротивляйтесь ей.

 

19. 10. 1926г.   (После медитации с Матерью) Это были две различ­ные силы. Первая - тихая, которая освещает. Вторая сильнее, она была фиксирована в солнечном сплетении.

 

Мать: Сила, которая спустилась, есть сила трансформации. Она будет действовать теперь из этого центра с полным сознанием движения.

 

23. 10. 1926г.   В моих медитациях в одиночку я чувствую две работающие силы. Одна - за сердцем, от нее есть впечатление живущей силы, но затемненное. Напротив, сила, приходящая сверху в ум, имеет свет сзади, и хотя я не могу его видеть, я знаю, он там есть. В медитации с Матерью я чувствую сначала подготовительный период, когда сила приходит вниз к голове и остается там определен­ное время. Затем она идет вниз и завладевает центральным цент­ром. Там она и остается. Мое сознание тянется тогда в обратном направлении, но поскольку это новое движение для моего тела, в нем есть некоторые трудности, например, в груди и в горле ощущается удушье. С Матерью мой ум спокоен, его активность сильно уменьшена и не беспокоит меня. Но когда я один, поскольку я на него теперь не действую, он иногда очень хаотичен и беспокоит меня очень силь­но.

 

Каковы его движения?

 

Всегда то же самое старое движение. Шум пробуждает некие ассоциации, и ум начинает вертеться вокруг этого и продолжает. Тогда я нахожу себя унесенным прочь и должен возвращаться назад снова и снова.

 

Это действительно умственные движения или они поднимают­ся снизу?

 

Они поднимаются снизу, и я не думаю, что есть что-то новое в них. Но есть также другой вид умственного движения: я ничего не думаю, а только о Вас и о Матери, думаю, что скажу Вам, воображаю, что дарю цветы. Процесс чисто умственный. Мой ум направлен к Вам. Это что-то подлинное, но далее ум работает согласно его старой манере. Что я должен делать?

 

Вы ничего не должны делать. Два движения, которые вы осоз­нали, это движения той же самой идеи силы. Когда она приходит к центру в груди, она пробуждает существо к Правде и обращает его вверх. Это человеческий путь установления связи с тем, что вверху, прямая линия ко всей сверх-разумной Правде. Когда сила будет установлена там и душевное существо выйдет наружу, завладеет внешним существом, оно выполнит преобразование. Оно направит силу вниз и всюду произведет изменения.

 

Я так устал от своего ума.

 

Но эти движения не так важны. Они - остатки старого способа работы, и они постепенно исчезнут.

 

Я ожидаю более радикального изменения. До настоящего вре­мени, хотя что-то очень лучезарное расцветает во мне, нет ради­кального изменения сознания. Я все еще тот же старый.

 

Что вы ожидаете?

 

Например, что я буду видеть мое нижнее САМО, как я вижу САМО других: что я не буду более ограничен телом.

 

Время придет, когда вы будете видеть движения натуры в вас, как в других. Но эти ваши ожидания не являются ли умственными требованиями? Лучше не делать таких требований, ибо они всегда искажают Правду. Чего вы просите - это Правда, и вы не должны формулировать заранее, что Правда должна быть такой-то и такой-то. Умственные представления, даже наилучшие, несовершенны, и они становятся препятствиями. Требуется только осознать переживание, как часть себя самого.

 

Тогда, возможно, неправильно ждать чего-то?

 

Нет, но неправильно выражать наперед, каким это изменение будет.

 

Теперь, в медитации, я только открываю себя силе и позволяю ей работать. Я не действую на мой ум более, вот почему он так беспокоен по временам. Это изменение в моей медитации произошло в прошлую субботу. Я тогда очень осознавал Присутствие во мне, и я хранил соприкосновение с Этим весь день. Но с того дня, хотя Это еще работает, я не так ярко осознаю его. Иногда сила действует в уме, иногда в центральном центре. Что мне делать? Я оставил идею направления силы. Но мне следует следить за всеми ее движениями?

 

Оставайтесь открытым и пассивным, и следите. Это то, что вы должны делать. Сила преобразует сама, своим путем и своими средст­вами. Способ делания этого умом медленен и несовершенен, хотя ум иногда и думает, что этот способ наилучший, потому что он тогда чувствует себя действующим. Это неправильно. Ум не знает условий и средств. Сила действует с непосредственностью, на которую ум не способен. И вы достаточно восприимчивы, чтобы позволить ей рабо­тать. Препятствия могут подняться - в физическом, виталическом или умственном - как они поднимаются всегда. Но это не имеет значения. Они будут истощены и отвергнуты. Не пытайтесь сделать чего-то сами.

 

Я чувствую возрастающую потребность также в мире, спокойствии, и даже малая работа, которую я делаю снаружи, беспокоит меня в настоящий момент. Я бы хотел свести ее к минимуму, или даже мне хочется отказаться от нее. Но я предполагаю, что я должен сохранить ее?

 

Да, лучше сохранить ее, и вы подниметесь к состоянию, где вы будете делать эту работу только внешней частью самого себя. Она тогда не будет более беспокоить вас, нарушать покой, молчание, равновесие.

 

Но в настоящее время это трудно и бесполезно. Это, кажет­ся, период перехода.

 

Да, это период перехода.

 

30. 10. 1926г.    Медитация становится более глубокой и освещен­ной. Я чувствую мое сознание как бы купающимся в свете. Бывало, что я чувствовал себя до некоторой степени отделенным от моего внешнего сознания. Вчера вечером в медитации мое сознание было очень сильно оттянуто внутрь и я почти потерял ощущение тела. Я позвал Мать, думая, что Она поможет мне пройти за, но, кажет­ся, Мать вернула меня к физическому сознанию. Это только впечат­ление, я с тех пор с ней еще не говорил. Такое состояние в медитации не всегда равно легко получается. Некоторые дни лучше, чем другие. Не считая повторяющихся мыслей, сейчас нет особых трудностей. Сила работает главным образом перед лицом, где она очищает и умиротворяет, и она работает на виталическое. Я чувствую силу как освещающую, белую. Она наполняет собой ум, но еще не все существо. Мое физическое тело чувствует небольшое напряжение, являющееся результатом различных движений. Сегодня я проснулся с болью в спине. Я не знаю, имеет ли это какое-нибудь отношение к Йоге, или просто обязано простуде. Это, возможно, имеет связь с душевным центром? Но почему виталическое не открывается?

 

Оно открывается. Намного больше работы сделано, чем про­чувствовано вашим обычным сознанием. Мать говорила мне о медита­ции. Все очень хорошо. Задача соединений двух сознании идет вперед. Когда это будет сделано - все пойдет быстро.

 

В медитации я не оставался полностью пассивным, но следил, что делает сила. Я говорил с Матерью, она сказала, что пассив­ность требуется в начале медитации, но когда сила начинает работать, сотрудничество должно иметь место.

 

Конечно, подразумевалось это движение: следить и видеть, что делается там. Полная пассивность была бы несознанием.

 

Будучи полностью пассивным, я обычно засыпаю. Я начинаю осознавать центр в середине головы, центр соединенный с обоими ушами. Я не знаю еще ничего о нем, только о его существовании.

 

31. 10. 1926г.   Разговор с Матерью.

Моя медитация была спокойной и глубокой. Великая Сила спускалась. Но последние два дня были не очень освещенными. Вче­рашний особенно был путаным и мутным. Позавчера в медитации я почти потерял сознание своего существа, тела. Я позвал Вас, чтобы Вы помогли мне, но Вы вернули меня назад, в мое физическое сознание.

 

Мать: Да, оставить свое сознание для того, чтобы войти в другое состояние - это не то, что нужно искать. Это может быть интересно, как переживание, но теперешнее ваше движение другое. Это - соеди­нить вверху два сознания, но это означает и привести более высокое сознание вниз, в физическое тело. Вы должны присутствовать здесь в натуральном сознании. Вы будете возвращены обратно таким же обра­зом всякий раз, когда попытаетесь спастись бегством. Что-то подготав­ливается для вас. Это было вчера сказано очень ясно. Всевышняя Воля как бы различила цель и дорогу. Она как бы сказала: “Вам быть тем-то”. Цель известна нам, но она зарезервирована за нами двоими. Для вас это скорее дорога, которая указана таким образом. И эта дорога совсем не похожа на то, чего вы ожидаете в вашем внешнем сознании, но если объяснить, вы не поняли бы меня в вашем наружном сознании. Ваше внутреннее существо знает, оно почти сказало мне недавно что-то очень подобное. Это должно стать осознанным. Вы накануне чего-то. Не удивляйтесь, если это будет очень отличным от того, что вы ожида­ете, или если это будет очень интенсивным. Это так повелеваемо.

Сегодня я видела, что тень пыталась затемнить события. Но сейчас от этого ничего не осталось. Когда что-то подобное этому нисхо­дит, первый эффект - подъем вверх противодействий. Все, что не покорено в существе, поднимается дыбом. Затем есть ожидание в тем­ноте, поскольку человек еще ничего не видит. Это должно быть причи­ной ваших трудностей вчера. Оставайтесь тихим и сосредоточенным.

 

6. 11. 1926г.    Главная трудность - это всегда активность ума. Невозможно ни успокоить его полностью, ни стоять в стороне от него. Даже когда очень короткое время он не вмешивается в сосредоточенность, он не подлинно успокоен и возобновляет свою деятель­ность при первой же возможности. Мне кажется, что если было бы возможно успокоить его, прогресс был бы быстрым, поскольку сосре­доточенность была бы легка. Сейчас он всегда тревожит меня, и сосредоточенность очень несовершенна,

 

Эта активность физического ума будет полностью трансфор­мирована только когда физическое само будет изменено, но сейчас в течение медитации следует просто отбросить ее.

 

Но какая активность ума наблюдает, что происходит и вы­ражает? Мне попытаться подавить ее?

 

Не подавить, а просто отбросить, опустить ее. Но есть движе­ния ума более подлинные по характеру, которые являются отражением того, что сверху, и носят некоторый отпечаток правды. Эти не такого рода?

 

Я не думаю. Нет ничего особенного в них от характера Прав­ды. Это обычные умственные движения, насколько я могу видеть. Теперь в начале каждой медитации я призываю силу осуществить это молчание ума и открыть его, преобразовать его. Я предполагаю, что это правильно?

 

Да.

 

6. 11. 1926г.   Разговор с Матерью.

День был тихим и полным мира. В течение медитации этим вечером вся работа была во внешнем сознании. Преисполненный мира тихий свет спускался, он заполнил всю верхнюю часть тела, но невозможно рассказать точно, откуда это исходит. И работа успокоения продолжалась во внешнем уме. Самый нижний центр был также активен, короче, все внешнее сознание. В этот раз я не делал никакого усилия сосредоточиться внутри себя.

 

Мать: Необходимо следовать движению силы. Это работа для прекращения этого внешнего сознания, чтобы было только одно созна­ние впредь.

 

Есть целая часть ума, которая всегда остается активной, это та, которая наблюдает. Скорее та, которая формулирует то, что я наблюдаю, в словах. Она следует переживанию и выражает его. Я не могу прекратить это.

 

Мать: Для данного момента это не имеет значения. Вы не осознаете происходящего, когда это не выражено в словах. Для данного момента такое выражение еще необходимо.

 

Но позже даже это должно исчезнуть?

 

Мать: Вы будете осознавать прямо, без этого промежуточного посредника. Естественно, для выражения слова всегда будут необходи­мы. Но даже тогда ум более не требуется.

 

13. 11. 1926г.  Мое виталическое существо начинает полностью принимать участие в медитации, и я имею ощущение, что мое сознание простирается от головы до ступней, как прозрачный и тихий проводник. Оно было бы совершенно прозрачным, если бы физиологи­ческие ощущения зрения прекратились бы, что иногда происходило. Затем я имею сознание присутствия за мной чего-то, что ощущаю как дубликат моего сознания. Даже чувствую я его того же самого размера, как мое физическое тело, и оно нажимает, чтобы объеди­ниться с моим внешним сознанием. Сегодня объединение было почти сделано, хотя я не переживаю никакого изменения сознания. У меня впечатление, что это вошло в меня, и требуется только тонкое прикосновение, чтобы пробудить мое полное осознание этого. Я имею в виду все физическое: физический ум, виталическое и тело?

 

Это нормальное сознание, включающее физическое, а созна­ние за - это внутреннее сознание, которое пытается объединиться с высшим и внешним.

 

Я стал также осознавать движения виталического, которые мы можем назвать эгоистическими движениями. Они поднимаются от виталического центра и становятся осознанными в эмоциональ­ном. Мысли сами по себе не имеют характера тщеславия или себя­любия, но когда задерживаешься на определенных мыслях, виталические движения этого характера появляются, и я не могу прекратить их. Я предполагаю, они исчезнут?

 

Да, первая вещь - осознать, что они не приходят из ума. Затем, когда ум свободен от них, и эмоциональное существо достаточно свободно, они поднимаются, но не могут затмить ум. Тогда они лока­лизуются в их надлежащем месте и посредством отвержения их, постоянного и тихого отодвигания их в сторону, они исчезнут. Большинство людей не могут избавиться от них, потому что они не могут сделать это разделение и не осознают этого подъема.

 

15. 11. 1926г.   Мать: Человек не должен ожидать увидеть полное изменение Однако некоторые видят различные аспекты изменения. Есть тихая работа, происходящая на ваших глазах. Вы чувствуете ее?

 

Да.

 

Мать: Все зависит от того, как полно ваше внешнее сознание объединится с внутренним. Когда вы преодолеете трудности вашего внешнего существа, вы пройдете через постепенное посвящение. Я покажу вам через глаза все, что есть там, во вселенной Вы тогда увидите точное место всего.

 

Есть что-нибудь специальное, что мне следует делать?

 

Мать: Наилучшая вещь - открывать себя и просить, чтобы это было сделано.

 

20. 11. 1926г.   Я осознаю процесс идентификации с этим более ве­ликим сознанием, которое за мной, но она еще не сделана. Трудности находятся всегда во внешнем сознании и в механической части ума, которая уносит меня прочь.

 

Это снова старая история. Вы уделяете слишком много внима­ния этим действиям.

 

Я не пытаюсь подавить их силой. Но действительно ли они не имеют важности?

 

Это только внешняя работа, которая будет оставлена и отреза­на в процессе Это внешнее существо - только совокупность того, что принадлежит этой жизни-времени с персональностью, что не есть ваша подлинная личность.

 

Как это исчезнет?

 

Когда внутреннее сознание полностью проснется, оно абсорби­рует внешнее, а что не может быть абсорбировано, будет отвергнуто. Нет сомнения, что это изменение произойдет.

 

Вы говорили о вашем переживании с Лиле. В это время меха­ническая работа прекратилась?

 

Да, все прекратилось. Но не каждый может сделать это. Я смог это сделать потому, что всегда была склонность к тишине в моем сердце, и потому, что я осознал мысли, как приходящие извне. Когда я отверг их, тишина снизошла на меня. Все появлялось в уме, но не пробуждало никакого ответа в нем. Я видел, слышал, но никаких ответов не возникало В это время полное молчание спустилось Все, что происходило, было как кино После этого я должен был принять в себя снова все явления, но на их правильном месте.

 

Следовательно, этого не следует ожидать для меня?

 

Это придет, поскольку давит сверху. Но это не может придти вначале. Конечно, способность молчания по намерению необходима и должна быть.

 

До сих пор никакого фундаментального изменения в сознании не произошло Я чувствую, что мой ум стал глубже, он имеет некий глубокий задний план. Я более и более осознаю работу сил во мне, но радикального изменения пока еще нет