| Book One | Книга Первая |
| THE BOOK OF BEGINNINGS | КНИГА НАЧАЛ |
| Canto V | Песня V |
| THE YOGA OF THE KING: | ЙОГА ЦАРЯ: |
| THE YOGA OF THE SPIRIT'S FREEDOM AND GREATNESS | ЙОГА СВОБОДЫ И ВЕЛИЧИЯ ДУХА |
| This knowledge first he had of time-born men. | Такое знание впервые он имел, среди людей во времени рождённых. |
| Admitted through a curtain of bright mind | Пропущенный сквозь завесу яркого ума, |
| That hangs between our thoughts and absolute sight, | Которая висит меж нашими мыслями и абсолютным зрением, |
| He found the occult cave, the mystic door | Он нашёл оккультную пещеру, мистическую дверь |
| Near to the well of vision in the soul, | Рядом с источником зрения в душе, |
| And entered where the Wings of Glory brood | И вошёл туда, где Крылья Славы размышляют |
| In the silent space where all is for ever known. | В молчаливом пространстве, где всё известно наперед. |
| Indifferent to doubt and to belief, | Незадеваемый сомнением и верой, |
| Avid of the naked real's single shock | Желающий лишь одного удара неприкрытой реальности, |
| He shore the cord of mind that ties the earth-heart | Он разрубил струну ума, что связывает земное сердце |
| And cast away the yoke of Matter's law. | И отбросил прочь ярмо закона Материи. |
| The body's rules bound not the spirit's powers: | Правила тела больше не ограничивали силы духа: |
| When life had stopped its beats, death broke not in; | Когда жизнь прекратила биться, смерть не ворвалась внутрь; |
| He dared to live when breath and thought were still. | Он посмел жить, когда дыхание и мысль затихли. |
| Thus could he step into that magic place | Так смог шагнуть он в то магическое место, |
| Which few can even glimpse with hurried glance | Которое мало кто способен заметить торопливым взглядом |
| Lifted for a moment from mind's laboured works | Приподнятым на миг от трудных дел ума |
| And the poverty of Nature's earthly sight. | И нищеты приземлённого взора Природы. |
| All that the Gods have learned is there self-known. | Всё, что познали Боги, здесь ясно само по себе. |
| There in a hidden chamber closed and mute | Здесь, в скрытой палате, закрытой, безмолвной, |
| Are kept the record graphs of the cosmic scribe, | Хранятся занесённые в летопись диаграммы космического писца, |
| And there the tables of the sacred Law, | И там же — скрижали священного Закона, |
| There is the Book of Being's index page; | Там — указатель к Книге Бытия; |
| The text and glossary of the Vedic truth | Текст и глоссарий правды Вед |
| Are there; the rhythms and metres of the stars | Есть там; ритмы и музыкальные размеры звёзд, |
| Significant of the movements of our fate: | Означающие движения нашей судьбы: |
| The symbol powers of number and of form, | Символические энергии числа и формы, |
| And the secret code of the history of the world | И тайный код истории мира, |
| And Nature's correspondence with the soul | И соотношение души с Природой, |
| Are written in the mystic heart of Life. | Записаны в мистической сердцевине Жизни. |
| In the glow of the spirit's room of memories | В этом свете комнаты памяти духа |
| He could recover the luminous marginal notes | Он смог восстановить светящиеся заметки на полях, |
| Dotting with light the crabbed ambiguous scroll, | Усеявшие точками света малопонятный двусмысленный манускрипт, |
| Rescue the preamble and the saving clause | Выделить преамбулу и статью с оговоркой |
| Of the dark Agreement by which all is ruled | Тёмного Соглашения, которым управляется всё, |
| That rises from material Nature's sleep | Что поднимается из сна материальной Природы, |
| To clothe the Everlasting in new shapes. | Чтобы облечь Вечнодлящееся в новые образы. |
| He could re-read now and interpret new | Он смог сейчас перечитать и заново перевести |
| Its strange symbol letters, scattered abstruse signs, | Её (Природы) странные символические буквы, рассеяные и трудные для понимания знаки, |
| Resolve its oracle and its paradox, | Разрешить её пророчество и парадокс, |
| Its riddling phrases and its blindfold terms, | Её загадочные фразы и неизвестные понятия, |
| The deep oxymoron of its truth's repliques, | Глубокий оксюморон реплик её истины, |
| And recognise as a just necessity | И принять как обоснованную необходимость |
| Its hard conditions for the mighty work,- | Её тяжёлые условия в этой могучей работе, — |
| Nature's impossible Herculean toil | Невозможный Геркулесов труд Природы |
| Only her warlock-wisecraft could enforce, | Что только её мудрое волшебное искусство может одолеть, |
| Its law of the opposition of the gods, | Её закон противостояния богов, |
| Its list of inseparable contraries. | Её перечень неразделимых противоположностей. |
| The dumb great Mother in her cosmic trance | Безмолвная великая Мать в своём космическом трансе |
| Exploiting for creation's joy and pain | Пользуясь для радости и боли творения |
| Infinity's sanction to the birth of form, | Санкцией Бесконечности на рождение формы, |
| Accepts indomitably to execute | Упрямо принимается проводить в жизнь |
| The will to know in an inconscient world, | Волю знать в неосознающем мире, |
| The will to live under a reign of death, | Волю жить под властью смерти, |
| The thirst for rapture in a heart of flesh, | Жажду восторга в сердце плоти, |
| And works out through the appearance of a soul | И с трудом исполняет через проявление души |
| By a miraculous birth in plasm and gas | Путем чудесного рождения в плазме и газе |
| The mystery of God's covenant with the Night. | Мистерию соглашения Бога с Ночью. |
| Once more was heard in the still cosmic Mind | Ещё раз было услышано в безмолвном космическом Уме |
| The Eternal's promise to his labouring Force | Обещание Вечного его работающей Силе, |
| Inducing the world-passion to begin, | Побудившее начаться мировому стремлению, |
| The cry of birth into mortality | Крику рождения в смертном |
| And the opening verse of the tragedy of Time. | И открывающему стиху трагедии Времени. |
| Out of the depths the world's buried secret rose; | Из глубин поднялась похороненная тайна мира; |
| He read the original ukase kept back | Он (Ашвапати) читал изначальный указ, что скрывался |
| In the locked archives of the spirit's crypt, | В запертых архивах тайника духа, |
| And saw the signature and fiery seal | И видел подпись и огненную печать Мудрости |
| Of Wisdom on the dim Power's hooded work | На прикрытой капюшоном работе неясного Могущества, |
| Who builds in Ignorance the steps of Light. | Которое строит в Невежестве ступени Света. |
| A sleeping deity opened deathless eyes: | Спящее божество открыло бессмертные глаза: |
| He saw the unshaped thought in soulless forms, | Он видел неоформленную мысль в неодушевлённых формах, |
| Knew Matter pregnant with spiritual sense, | Понимал Материю, носящую в лоне духовное чувство, |
| Mind dare the study of the Unknowable, | Ум, отваживающийся изучать Непознаваемое, |
| Life its gestation of the Golden Child. | Жизнь, вынашивающую Золотое Дитя. |
| In the light flooding thought's blank vacancy, | В свете, затопляющем незаполненную пустоту мысли, |
| Interpreting the universe by soul signs | Интерпретируя вселенную в знаках души, |
| He read from within the text of the without: | Он читал изнутри текст того, что снаружи: |
| The riddle grew plain and lost its catch obscure. | Загадка становилась понятной и теряла свою притягательность неясного. |
| A larger lustre lit the mighty page. | Более широкий свет заливал эту могучую страницу. |
| A purpose mingled with the whims of Time, | Намерение, смешанное с причудами Времени, |
| A meaning met the stumbling pace of Chance | Некий смысл, встречали спотыкающийся шаг Случая, |
| And Fate revealed a chain of seeing Will; | А Судьба приоткрывала цепь видящей Воли; |
| A conscious wideness filled the old dumb Space. | Сознательная широта заполнила прежнее немое Пространство. |
| In the Void he saw throned the Omniscience supreme. | В Пустоте он видел сидящее на троне высочайшее Всеведение. |
| A Will, a hope immense now seized his heart, | Некая Воля, безмерная надежда сейчас охватили его сердце, |
| And to discern the superhuman's form | И чтобы разглядеть форму сверхчеловека, |
| He raised his eyes to unseen spiritual heights, | Он поднял взгляд к незримым духовным высотам, |
| Aspiring to bring down a greater world. | Стремясь принести вниз более великий мир. |
| The glory he had glimpsed must be his home. | Та слава, которую он увидел мельком, должна была стать его домом. |
| A brighter heavenlier sun must soon illume | Более яркое божественное солнце должно скоро озарить |
| This dusk room with its dark internal stair, | Эту сумрачную комнату с её тёмной внутренней лестницей, |
| The infant soul in its small nursery school | Младенческую душу в её маленьком детском саду |
| Mid objects meant for a lesson hardly learned | Среди предметов, предназначенных для урока, с трудом заучиваемого, |
| Outgrow its early grammar of intellect | Которая перерастает свою начальную грамматику интеллекта |
| And its imitation of Earth-Nature's art, | И свою имитацию искусства Природы Земли, |
| Its earthly dialect to God-language change, | Которая заменяет свой земной диалект на язык Бога, |
| In living symbols study Reality | В живых символах изучает Реальность |
| And learn the logic of the Infinite. | И учит логику Бесконечного. |
| The Ideal must be Nature's common truth, | Идеал должен стать обычной правдой Природы, |
| The body illumined with the indwelling God, | Тело — озариться живущим внутри Богом, |
| The heart and mind feel one with all that is, | Сердце и ум — ощутить единство со всем, что существует, |
| A conscious soul live in a conscious world. | Осознающая душа — жить в осознающем мире. |
| As through a mist a sovereign peak is seen, | Как сквозь туман видится наивысший пик, |
| The greatness of the eternal Spirit appeared, | Проявилось величие вечного Духа, |
| Exiled in a fragmented universe | Изгнанное во фрагментарную вселенную, |
| Amid half-semblances of diviner things. | В полу-подобия божественного. |
| These now could serve no more his regal turn; | Сейчас они не могли уже служить его царственному повороту; |
| The Immortal's pride refused the doom to live | Гордость Бессмертного отвергла удел жить |
| A miser of the scanty bargain made | Скрягой, заключающим мизерную сделку |
| Between our littleness and bounded hopes | Между нашей малостью и ограниченными надеждами |
| And the compassionate Infinitudes. | И сострадательными Бесконечностями. |
| His height repelled the lowness of earth's state: | Его высота отвергала приниженность земного состояния: |
| A wideness discontented with its frame | Широта, недовольная своими рамками, |
| Resiled from poor assent to Nature's terms, | Отшатнулась от жалкого согласия на условия Природы, |
| The harsh contract spurned and the diminished lease. | Отвергла с презрением жёсткий контракт и унижающую аренду. |
| Only beginnings are accomplished here; | Лишь начала заложены здесь; |
| Our base's Matter seems alone complete, | Лишь Материя нашей основы одна выглядит завершённой, |
| An absolute machine without a soul. | Абсолютная машина без души. |
| Or all seems a misfit of half ideas, | Или всё кажется плохо сидящим платьем из половинчатых идей, |
| Or we saddle with the vice of earthly form | Или мы обременяем недостатками земной формы |
| A hurried imperfect glimpse of heavenly things, | Торопливый несовершенный проблеск божественного, |
| Guesses and travesties of celestial types. | Догадки и подражания небесным образцам. |
| Here chaos sorts itself into a world, | Здесь хаос упорядочивает себя в некий мир, |
| A brief formation drifting in the void: | Краткую формацию, плывущую в пустоте: |
| Apings of knowledge, unfinished arcs of power, | Имитации знания, незавершённые дуги энергии, |
| Flamings of beauty into earthly shapes, | Вспышки красоты в земных формах, |
| Love's broken reflexes of unity | Расколотые отблески единства Любви |
| Swim, fragment-mirrorings of a floating sun. | Плывут, частичные отражения изменчивого солнца. |
| A packed assemblage of crude tentative lives | Плотные скопления незрелых пробных жизней |
| Are pieced into a tessellated whole. | Собираются в мозаичное целое. |
| There is no perfect answer to our hopes; | Здесь нет настоящего ответа на наши надежды; |
| There are blind voiceless doors that have no key; | Здесь — глухие безмолвные двери без ключа; |
| Thought climbs in vain and brings a borrowed light, | Мысль напрасно взбирается и приносит заимствованный свет, |
| Cheated by counterfeits sold to us in life's mart, | Обманутые подделками, проданными нам на рынке жизни, |
| Our hearts clutch at a forfeited heavenly bliss. | Наши сердца хватаются за отобранное у нас небесное блаженство. |
| There is provender for the mind's satiety, | Здесь есть корм, чтобы насытить ум, |
| There are thrills of the flesh, but not the soul's desire. | Здесь есть волнение плоти, но не желание души. |
| Here even the highest rapture Time can give | Здесь даже высочайший восторг, что может дать Время — |
| Is a mimicry of ungrasped beatitudes, | Это имитация неухваченных блаженств, |
| A mutilated statue of ecstasy, | Покалеченное изваяние экстаза, |
| A wounded happiness that cannot live, | Израненное счастье, не способное жить, |
| A brief felicity of mind or sense | Короткая радость ума или чувства, |
| Thrown by the World-Power to her body-slave, | Брошенная Энергией Мира своему телу-слуге, |
| Or a simulacrum of enforced delight | Или подобие навязанного восторга |
| In the seraglios of Ignorance. | В женских покоях гарема Невежества. |
| For all we have acquired soon loses worth, | Потому, что всё, что мы накапливаем, быстро теряет ценность, |
| An old disvalued credit in Time's bank, | Старый, обесценившийся кредит в банке Времени, |
| Imperfection's cheque drawn on the Inconscient. | Чек несовершенства, выписанный Несознанию. |
| An inconsequence dogs every effort made, | Непоследовательность преследует каждое сделанное усилие, |
| And chaos waits on every cosmos formed: | И хаос ждёт любой формируемый космос: |
| In each success a seed of failure lurks. | В каждом успехе таится зерно поражения. |
| He saw the doubtfulness of all things here, | Он (Ашвапати) видел сомнительность всего здесь, |
| The incertitude of man's proud confident thought, | Неуверенность гордой самонадеянной мысли человека, |
| The transience of the achievements of his force. | Мимолётность достижений его силы. |
| A thinking being in an unthinking world, | Думающее существо в бездумном мире, |
| An island in the sea of the Unknown, | Остров в море Неизвестного, |
| He is a smallness trying to be great, | Он — это малость, пытающаяся стать великой, |
| An animal with some instincts of a god, | Животное с некоторыми инстинктами бога, |
| His life a story too common to be told, | Его жизнь — история слишком обычная, чтобы рассказывать, |
| His deeds a number summing up to nought, | Его дела — количество, в сумме приводящее к ничему, |
| His consciousness a torch lit to be quenched, | Его сознание — факел, зажжённый чтобы быть потушенным, |
| His hope a star above a cradle and grave. | Его надежда — звезда над колыбелью и могилой. |
| And yet a greater destiny may be his, | И всё же — более великий удел может быть у него, |
| For the eternal Spirit is his truth. | Потому, что вечный Дух — это его истина. |
| He can re-create himself and all around | Он может переделать себя и всё вокруг |
| And fashion new the world in which he lives: | И сформировать заново мир, в котором живёт: |
| He, ignorant, is the Knower beyond Time, | Он, невежественный, есть Знающий за пределами Времени, |
| He is the Self above Nature, above Fate. | Он есть Высшее "Я", выше Природы, выше Судьбы. |
| His soul retired from all that he had done. | Его душа отдалилась от всего, что он сделал. |
| Hushed was the futile din of human toil, | Смолк бесполезный грохот труда человека, |
| Forsaken wheeled the circle of the days; | Отброшен дней вертящийся круговорот; |
| In distance sank the crowded tramp of life. | Стих вдалеке стеснённый топот жизни. |
| The Silence was his sole companion left. | Безмолвие было его единственным оставшимся спутником. |
| Impassive he lived immune from earthly hopes, | Бесстрастный, он жил, незатрагиваемый земными надеждами, |
| A figure in the ineffable Witness' shrine | Фигура в храме невыразимого Свидетеля, |
| Pacing the vast cathedral of his thoughts | Мерящая шагами обширный собор его мыслей |
| Under its arches dim with infinity | Под сводами, теряющимися в бесконечности |
| And heavenward brooding of invisible wings. | И нацеленным в небо размышлением невидимых крыльев. |
| A call was on him from intangible heights; | Зов был ему из неосязаемых высот; |
| Indifferent to the little outpost Mind, | Безразличный к маленькому аванпосту Ума, |
| He dwelt in the wideness of the Eternal's reign. | Он жил в широте царства Вечного. |
| His being now exceeded thinkable Space, | Его существо сейчас превосходило мыслимое Пространство, |
| His boundless thought was neighbour to cosmic sight: | Его безграничная мысль соседствовала с космическим видением: |
| A universal light was in his eyes, | Вселенский свет был в его глазах, |
| A golden influx flowed through heart and brain; | Золотой поток протекал через сердце и мозг; |
| A Force came down into his mortal limbs, | Сила сошла вниз в его смертные части тела, |
| A current from eternal seas of Bliss; | Река из вечных морей Блаженства; |
| He felt the invasion and the nameless joy. | Он чувствовал это нашествие и неописуемую радость. |
| Aware of his occult omnipotent Source, | Осознающий свой сокровенный всемогущий Источник, |
| Allured by the omniscient Ecstasy, | Пленённый всеведающим Экстазом, |
| A living centre of the Illimitable | Живой центр Беспредельного, |
| Widened to equate with the world's circumference, | Расширившийся, чтобы сравняться с окружностью мира, |
| He turned to his immense spiritual fate. | Он повернулся к своей необъятной духовной судьбе. |
| Abandoned on a canvas of torn air, | Оставленная на холсте колеблющегося воздуха, |
| A picture lost in far and fading streaks, | Картина затерялась в далёких и тающих черточках, |
| The earth-nature's summits sank below his feet: | Вершины земной природы осели под его стопами: |
| He climbed to meet the infinite more above. | Он поднялся, чтобы встретить ещё одну бесконечность над ним. |
| The Immobile's ocean-silence saw him pass, | Океан тишины Неподвижного видел, как он проходит, |
| An arrow leaping through eternity | Стрела, прыгающая через вечность, |
| Suddenly shot from the tense bow of Time, | Внезапно выпущенная из тугого лука Времени, |
| A ray returning to its parent sun. | Луч, возвращающийся к своему родителю солнцу. |
| Opponent of that glory of escape, | Противник этой славы спасения, |
| The black Inconscient swung its dragon tail | Чёрное Несознание размахивало своим драконьим хвостом, |
| Lashing a slumbrous Infinite by its force | Подхлёстывая дремлющую Бесконечность своей силой |
| Into the deep obscurities of form: | В глубокие неясности формы: |
| Death lay beneath him like a gate of sleep. | Смерть лежала перед ним, словно ворота сна. |
| One-pointed to the immaculate Delight, | Нацеленный только на безупречный Восторг, |
| Questing for God as for a splendid prey, | Ищущий Бога, словно роскошной добычи, |
| He mounted burning like a cone of fire. | Он поднялся, пылая как конус огня. |
| To a few is given that godlike rare release. | Немногим дают это богоподобное редкое освобождение. |
| One among many thousands never touched, | Один среди многих тысяч, никогда не затрагиваемых, |
| Engrossed in the external world's design, | Поглощённых в творение внешнего мира, |
| Is chosen by a secret witness Eye | Выбирается тайным Оком свидетеля |
| And driven by a pointing hand of Light | И ведётся направляющей рукой Света |
| Across his soul's unmapped immensitudes. | Через не обозначенные на карте безмерности своей души. |
| A pilgrim of the everlasting Truth, | Паломник вечно длящейся Истины, |
| Our measures cannot hold his measureless mind; | Наши мерки не могут охватить его неизмеримый ум; |
| He has turned from the voices of the narrow realm | Он (Ашвапати) отвернулся от голосов этого узкого царства |
| And left the little lane of human Time. | И оставил маленькую узкую улочку человеческого Времени. |
| In the hushed precincts of a vaster plan | В затихших окрестностях более просторного плана |
| He treads the vestibules of the Unseen, | Он ступает по вестибюлям Незримого, |
| Or listens following a bodiless Guide | Или прислушивается, следуя за бестелесным Руководителем |
| To a lonely cry in boundless vacancy. | К одинокому зову в безграничной пустоте. |
| All the deep cosmic murmur falling still, | Всё глубокое космическое бормотание стихло, |
| He lives in the hush before the world was born, | Он живёт в тишине, что была до рождения мира, |
| His soul left naked to the timeless One. | Его душа остаётся оголённой перед Единым вне времени. |
| Far from compulsion of created things | Вдалеке от принуждения сотворённых вещей |
| Thought and its shadowy idols disappear, | Мысль и её призрачные идолы исчезают, |
| The moulds of form and person are undone: | Шаблоны формы и личности становятся ненужны: |
| The ineffable Wideness knows him for its own. | Невыразимая Широта узнаёт его как своего. |
| A lone forerunner of the Godward earth, | Одинокий предвестник земли, обращенной к Богу, |
| Among the symbols of yet unshaped things | Среди символов ещё не сформированного |
| Watched by closed eyes, mute faces of the Unborn, | Наблюдаемых с закрытыми глазами, меж молчаливых ликов Нерождаемого, |
| He journeys to meet the Incommunicable, | Он путешествует, чтобы встретить Непередаваемое, |
| Hearing the echo of his single steps | Слушая эхо своих одиноких шагов |
| In the eternal courts of Solitude. | В вечных дворах Одиночества. |
| A nameless Marvel fills the motionless hours. | Безымянное Чудо заполняет эти неподвижные часы. |
| His spirit mingles with eternity's heart | Его дух смешивается с сердцем вечности |
| And bears the silence of the Infinite. | И несёт безмолвие Бесконечности. |
| In a divine retreat from mortal thought, | В божественном отступлении из смертной мысли, |
| In a prodigious gesture of soul-sight, | В огромном жесте взора души, |
| His being towered into pathless heights, | Его существо поднялось в непроторенные высоты, |
| Naked of its vesture of humanity. | Сбросив своё одеяние человеческого. |
| As thus it rose, to meet him bare and pure | Пока оно так росло, навстречу ему, оголённое и чистое, |
| A strong Descent leaped down. A Might, a Flame, | Сильное Нисхождение прыгнуло вниз. Могущество, Пламя, |
| A Beauty half-visible with deathless eyes, | Красота, наполовину видимая бессмертными глазами, |
| A violent Ecstasy, a Sweetness dire, | Неистовый Экстаз, предельная Сладость |
| Enveloped him with its stupendous limbs | Обхватили его своими огромными телами |
| And penetrated nerve and heart and brain | И пропитали нервы, сердце, мозг, |
| That thrilled and fainted with the epiphany: | Что трепетали и слабели от этого крещения: |
| His nature shuddered in the Unknown's grasp. | Его природа содрогалась в хватке Неизвестного. |
| In a moment shorter than death, longer than Time, | В мгновение, короче, чем смерть, длиннее, чем Время, |
| By a Power more ruthless than Love, happier than Heaven, | Силой, более безжалостной, чем Любовь, и счастливее, чем Небеса, |
| Taken sovereignly into eternal arms, | Властно взятая в вечные руки, |
| Haled and coerced by a stark absolute bliss, | Влекомая и принуждаемая полным абсолютным блаженством, |
| In a whirlwind circuit of delight and force | Во вращающемся вихре восторга и силы |
| Hurried into unimaginable depths, | Уносимая в невообразимые глубины, |
| Upborne into immeasurable heights, | Поднимаемая в неизмеримые высоты, |
| It was torn out from its mortality | Она была вырвана из своей смертности |
| And underwent a new and bourneless change. | И подвергнута новому беспредельному изменению. |
| An Omniscient knowing without sight or thought, | Всеведение, знающее без взгляда или мысли, |
| An indecipherable Omnipotence, | Не поддающееся расшифровке Всемогущество, |
| A mystic Form that could contain the worlds, | Мистическая Форма, что может вмещать миры, |
| Yet make one human breast its passionate shrine, | Сделали грудь одного человека своим страстным храмом, |
| Drew him out of his seeking loneliness | Увлекая его из своего одиночества поиска |
| Into the magnitudes of God's embrace. | В широту объятий Бога. |
| As when a timeless Eye annuls the hours | Также, как Око, что вне времени, отменяет часы, |
| Abolishing the agent and the act, | Упраздняя действующего и действие, |
| So now his spirit shone out wide, blank, pure: | Так и сейчас его дух просиял, широкий, незанятый, ясный: |
| His wakened mind became an empty slate | Его пробудившийся ум стал чистой доской, |
| On which the Universal and Sole could write. | На которой мог писать Всеобщий и Единственный. |
| All that represses our fallen consciousness | Всё, что гнетёт наше падшее сознание, |
| Was taken from him like a forgotten load: | Было снято с него как забытая ноша: |
| A fire that seemed the body of a god | Пламя, что казалось телом бога, |
| Consumed the limiting figures of the past | Поглотило ограничивающие образы прошлого |
| And made large room for a new self to live. | И оставило широкое место, чтобы было где жить новому "я". |
| Eternity's contact broke the moulds of sense. | Прикосновение Вечности разрушило стереотипы чувства. |
| A greater Force than the earthly held his limbs, | Сила, более великая, чем земная, овладела его телом, |
| Huge workings bared his undiscovered sheaths, | Гигантские действия оголили его невидимые оболочки, |
| Strange energies wrought and screened tremendous hands | Заработали странные энергии и скрытые огромные руки |
| Unwound the triple cord of mind and freed | Расплели тройной шнур ума и высвободили |
| The heavenly wideness of a Godhead's gaze. | Небесную широту взгляда Божества. |
| As through a dress the wearer's shape is seen, | Как сквозь платье видна фигура того, кто его одел, |
| There reached through forms to the hidden absolute | Так достигали скрытого абсолюта сквозь формы |
| A cosmic feeling and transcendent sight. | Космическое ощущение и трансцендентное видение. |
| Increased and heightened were the instruments. | Сильнее и возвышеннее стали эти инструменты. |
| Illusion lost her aggrandising lens; | Иллюзия потеряла своё увеличительное стекло; |
| As from her failing hand the measures fell, | Как будто бы из её слабеющих рук выпали мерки, |
| Atomic looked the things that loomed so large. | Микроскопическим стало выглядеть то, что виделось таким большим. |
| The little ego's ring could join no more; | Обруч маленького эго больше не мог соединять; |
| In the enormous spaces of the self | В огромных пространствах внутреннего "я" |
| The body now seemed only a wandering shell, | Тело сейчас казалось лишь блуждающей оболочкой, |
| His mind the many-frescoed outer court | Его ум — разукрашенным фресками внешним двором |
| Of an imperishable Inhabitant: | Непреходящего Жителя: |
| His spirit breathed a superhuman air. | Его дух дышал воздухом сверхчеловека. |
| The imprisoned deity rent its magic fence. | Заточёное божество разрывало свою магическую ограду. |
| As with a sound of thunder and of seas, | Словно с шумом грома и морей, |
| Vast barriers crashed around the huge escape. | Огромные барьеры рушились вокруг этого гигантского избавления. |
| Immutably coeval with the world, | Неизменные и старые как мир, |
| Circle and end of every hope and toil | Круг и предел каждой надежды или труда, |
| Inexorably drawn round thought and act, | Непреклонно очерчиваемые вокруг мысли и действия, |
| The fixed immovable peripheries | Эти жёсткие несдвигаемые окружения |
| Effaced themselves beneath the Incarnate's tread. | Стёрли сами себя под поступью Воплощённого. |
| The dire velamen and the bottomless crypt | Страшный внешний покров и бездонный тайник, |
| Between which life and thought for ever move, | Между которыми жизнь и мысль вечно движутся, |
| Forbidden still to cross the dim dread bounds, | Пока ещё запретные, неясные ужасные границы, |
| The guardian darknesses mute and formidable, | Страж темноты, немой и грозный, |
| Empowered to circumscribe the wingless spirit | С властью ограничивать бескрылый дух |
| In the boundaries of Mind and Ignorance, | В пределах Ума и Невежества, |
| Protecting no more a dual eternity | Не защищая больше двойственную вечность |
| Vanished rescinding their enormous role: | Исчез, теряя свою огромную роль: |
| Once figure of creation's vain ellipse, | Когда-то — образ напрасного эллипса творения, |
| The expanding zero lost its giant curve. | Расширяющийся ноль утратил свою гигантскую кривую. |
| The old adamantine vetoes stood no more: | Старые несокрушимые вето уже не стояли: |
| Overpowered were earth and Nature's obsolete rule; | Побеждена была земля и обветшалое правление Природы: |
| The python coils of the restricting Law | Питоньи кольца ограничивающего Закона |
| Could not restrain the swift arisen God: | Не могли удерживать быстро поднявшегося Бога: |
| Abolished were the scripts of destiny. | Отменены были сценарии судьбы. |
| There was no small death-hunted creature more, | Больше не было ни маленького преследуемого смертью создания, |
| No fragile form of being to preserve | Ни хрупкой формы существования, которую надо беречь |
| From an all-swallowing Immensity. | От всепоглощающей Безмерности. |
| The great hammer-beats of a pent-up world-heart | Великие, подобные молоту, удары заточённого сердца мира |
| Burst open the narrow dams that keep us safe | Взломали узкие плотины, что держали нас в безопасности |
| Against the forces of the universe. | От сил вселенной. |
| The soul and cosmos faced as equal powers. | Душа и космос встретились лицом к лицу как равные могущества. |
| A boundless being in a measureless Time | Безграничное существование в неизмеримом Времени |
| Invaded Nature with the infinite; | Захватило Природу бесконечностью; |
| He saw unpathed, unwalled, his titan scope. | Он (Ашвапати) видел непроторённой, неограждённой, свою титаническую сферу. |
| All was uncovered to his sealless eye. | Всё открылось его взгляду, с которого сняли печати. |
| A secret Nature stripped of her defence, | Тайная Природа, лишённая своей защиты, |
| Once in a dreaded half-light formidable, | Некогда грозная в устрашающем полусвете, |
| Overtaken in her mighty privacy | Застигнутая в своём могучем уединении, |
| Lay bare to the burning splendour of his will. | Лежала неприкрытая перед обжигающим великолепием его воли. |
| In shadowy chambers lit by a strange sun | В призрачных комнатах, освещаемых странным солнцем, |
| And opening hardly to hid mystic keys | И с трудом открываемых запрятанными мистическими ключами, |
| Her perilous arcanes and hooded Powers | Её опасные секреты и скрытые под капюшоном Могущества |
| Confessed the advent of a mastering Mind | Признали приход руководящего Ума |
| And bore the compulsion of a time-born gaze. | И терпели давление рождённого временем взгляда. |
| Incalculable in their wizard modes, | Неисчислимые в своих волшебных видах, |
| Immediate and invincible in the act, | Незамедлительные и непобедимые в действии, |
| Her secret strengths native to greater worlds | Её тайные силы, рождённые для более великих миров, |
| Lifted above our needy limited scope, | Поднятые выше нашей бедствующей ограниченной сферы, |
| The occult privilege of demigods | Оккультную привилегию полубогов |
| And the sure power-pattern of her cryptic signs, | И безошибочный узор энергии её загадочных знаков, |
| Her diagrams of geometric force, | Её диаграммы геометрической силы, |
| Her potencies of marvel-fraught design | Её потенциальные возможности полного чудес замысла |
| Courted employment by an earth-nursed might. | Стремилось использовать вскормленное землёю могущество. |
| A conscious Nature's quick machinery | Быстрый механизм сознательной Природы |
| Armed with a latent splendour of miracle | Вооружил скрытым великолепием чуда |
| The prophet-passion of a seeing Mind, | Страстное пророчество видящего Ума |
| And the lightning bareness of a free soul-force. | И молниеносную оголённость свободной души-силы. |
| All once impossible deemed could now become | Всё, что когда-то считалось невозможным, могло сейчас стать |
| A natural limb of possibility, | Естественной частью возможного, |
| A new domain of normalcy supreme. | Новой областью высшей нормы. |
| An almighty occultist erects in Space | Всемогущий оккультист воздвигает в Пространстве |
| This seeming outward world which tricks the sense; | Этот кажущийся внешним мир, что обманывает чувство; |
| He weaves his hidden threads of consciousness, | Он ткёт свои скрытые нити сознания, |
| He builds bodies for his shapeless energy; | Он строит тела для своей бесформенной энергии; |
| Out of the unformed and vacant Vast he has made | Из не имеющего форму и незанятого Простора он создал |
| His sorcery of solid images, | Своё волшебство твердых образов, |
| His magic of formative number and design, | Свою магию образующих форму числа и композиции, |
| The fixed irrational links none can annul, | Жёсткие иррациональные связи, которые никому не отменить, |
| This criss-cross tangle of invisible laws; | Это запутанное переплетение невидимых законов; |
| His infallible rules, his covered processes, | Его безошибочные правила, его скрытые процессы |
| Achieve unerringly an inexplicable | Непогрешимо добиваются необъяснимого |
| Creation where our error carves dead frames | Творения, где наша ошибка выкраивает мертвые структуры |
| Of knowledge for a living ignorance. | Знания для неведения живущего. |
| In her mystery's moods divorced from the Maker's laws | В настроениях своих мистерий, отделённых от законов Создателя, |
| She too as sovereignly creates her field, | Она тоже, будто бы полновластно, творит свою сферу, |
| Her will shaping the undetermined vasts, | Свою волю, формирующую неопредёленные просторы, |
| Making a finite of infinity; | Делая конечное из бесконечного; |
| She too can make an order of her caprice, | Она тоже может сделать порядок из своего каприза, |
| As if her rash superb wagered to outvie | Как если бы её великолепный натиск стремился бы превзойти |
| The veiled Creator's cosmic secrecies. | Космические тайны скрытого Творца. |
| The rapid footsteps of her fantasy, | Скорые шаги её фантазии, |
| Amid whose falls wonders like flowers rise, | Среди которых чудеса растут словно цветы, |
| Are surer than reason, defter than device | Увереннее разума, искуснее механизма |
| And swifter than Imagination's wings. | И быстрее, чем крылья Воображения. |
| All she new-fashions by the thought and word, | Она всему заново даёт форму мыслью и словом, |
| Compels all substance by her wand of Mind. | Подчиняет любую субстанцию своим жезлом Ума. |
| Mind is a mediator divinity: | Ум — это посредник божественного: |
| Its powers can undo all Nature's work: | Его энергии могут отменить любую работу Природы: |
| Mind can suspend or change earth's concrete law. | Ум может приостановить или изменить конкретный закон земли. |
| Affranchised from earth-habit's drowsy seal | Избавленный от сонной печати земной привычки, |
| The leaden grip of Matter it can break; | Он способен сломить свинцовую хватку Материи; |
| Indifferent to the angry stare of Death, | Безразличный к злому пристальному взгляду Смерти, |
| It can immortalise a moment's work: | Он может обессмертить труд мгновения: |
| A simple fiat of its thinking force, | Простой указ его силы мышления, |
| The casual pressure of its slight assent | Случайный нажим его лёгкого согласия |
| Can liberate the Energy dumb and pent | Может освободить Энергию, немую и запертую |
| Within its chambers of mysterious trance: | Внутри своих палат таинственного транса: |
| It makes the body's sleep a puissant arm, | Он делает сон тела могущественным оружием, |
| Holds still the breath, the beatings of the heart, | Тихо овладевает дыханием, пульсациями сердца, |
| While the unseen is found, the impossible done, | Пока не найдётся незримое, не произойдёт невозможное, |
| Communicates without means the unspoken thought; | Сообщает, без приспособлений, бессловесную мысль; |
| It moves events by its bare silent will, | Он движет событиями своей голой безмолвной волей, |
| Acts at a distance without hands or feet. | Действует на расстоянии, без рук или ног. |
| This giant Ignorance, this dwarfish Life | Это гигантское Невежество, эту карликовую Жизнь |
| It can illumine with a prophet sight, | Он может осветить взором провидца, |
| Invoke the bacchic rapture, the Fury's goad, | Вызвать вакхический восторг, шпоры Неистовства, |
| In our body arouse the demon or the god, | В нашем теле пробудить демона или бога, |
| Call in the Omniscient and Omnipotent, | Призвать Всезнающего и Всесильного, |
| Awake a forgotten Almightiness within. | Разбудить забытое Всемогущество внутри. |
| In its own plane a shining emperor, | На своем собственном плане — сияющий император, |
| Even in this rigid realm, Mind can be king: | Даже в этом жёстком царстве, Ум способен быть царём: |
| The logic of its demigod Idea | Логика его полубожественной Идеи |
| In the leap of a transitional moment brings | В прыжке переходного мгновения приносит |
| Surprises of creation never achieved | Сюрпризы творения, не достигавшиеся прежде |
| Even by Matter's strange unconscious skill. | Даже странным бессознательным искусством Материи. |
| All's miracle here and can by miracle change. | Всё чудо здесь и может чудом измениться. |
| This is that secret Nature's edge of might. | Это — остриё могущества тайной Природы, |
| On the margin of great immaterial planes, | На краю великих нематериальных планов, |
| In kingdoms of an untrammelled glory of force, | В царствах, где нет преград для триумфа силы, |
| Where Mind is master of the life and form | Где Ум — хозяин жизни и формы, |
| And soul fulfils its thoughts by its own power, | А душа осуществляет свои замыслы собственным могуществом, |
| She meditates upon mighty words and looks | Она (Природа) медитирует над могущественными словами и смотрит |
| On the unseen links that join the parted spheres. | На незримые связи, что соединяют разделённые сферы. |
| Thence to the initiate who observes her laws | Оттуда для посвящённого, что видит её законы |
| She brings the light of her mysterious realms: | Она приносит свет своих таинственных царств: |
| Here where he stands, his feet on a prostrate world, | Здесь, где он (Ашвапати) стоит, его ступни — на распростёртом мире, |
| His mind no more cast into Matter's mould, | Его ум больше не втиснут в шаблоны Материи, |
| Over their bounds in spurts of splendid strength | Переходя границы этих царств, в струях великолепной силы |
| She carries their magician processes | Она несёт их магические процессы |
| And the formulas of their stupendous speech, | И формулы их изумительной речи, |
| Till heaven and hell become purveyors to earth | Пока небеса и ад не станут поставщиками земли, |
| And the universe the slave of mortal will. | А вселенная — рабыней смертной воли. |
| A mediatrix with veiled and nameless gods | Посредница скрытых и безымянных богов |
| Whose alien will touches our human life, | Чья чуждая воля касается нашей человеческой жизни, |
| Imitating the World-Magician's ways | Имитируя пути Всемирного Мага, |
| She invents for her self-bound free-will its grooves | Она изобретает колеи для своей самоограничиваемой свободы воли |
| And feigns for magic's freaks a binding cause. | И придумывает связующую причину для магических причуд. |
| All worlds she makes the partners of her deeds, | Все миры она делает участниками своих дел, |
| Accomplices of her mighty violence, | Сообщниками своего могучего неистовства, |
| Her daring leaps into the impossible: | Её отважных прыжков в невозможное: |
| From every source she has taken her cunning means, | Из каждого источника она набирает свои искусные средства, |
| She draws from the free-love marriage of the planes | Получает от свободного любовного союза планов бытия |
| Elements for her creation's tour-de-force: | Элементы для проявления силы своего творчества: |
| A wonder-weft of knowledge incalculable, | Чудо-ткань неисчислимого знания, |
| A compendium of divine invention's feats | Учебник способов божественных изобретений, |
| She has combined to make the unreal true | Которые она скомбинировала, чтобы сделать нереальное истинным |
| Or liberate suppressed reality: | Или высвободить подавленную реальность: |
| In her unhedged Circean wonderland | В своей неотгороженной мешанине чудесной страны Цирцеи |
| Pell-mell she shepherds her occult mightinesses; | Она держит под наблюдением свои оккультные могущества; |
| Her mnemonics of the craft of the Infinite, | Её обозначения для мастерства Бесконечного, |
| Jets of the screened subliminal's caprice, | Всплески скрытого каприза подсознания, |
| Tags of the gramarye of Inconscience, | Ярлыки магии Неосознавания, |
| Freedom of a sovereign Truth without a law, | Свобода верховной Истины без какого-либо закона, |
| Thoughts that were born in the immortals' world, | Мысли, что родились в мире бессмертных, |
| Oracles that break out from behind the shrine, | Пророчества, что прорываются из-за алтаря, |
| Warnings from the daemonic inner voice | Предостережения демонического внутреннего голоса, |
| And peeps and lightning-leaps of prophecy | И проблески и молниеносные прыжки предвидения, |
| And intimations to the inner ear, | И откровения внутреннему слуху, |
| Abrupt interventions stark and absolute | Внезапные вторжения, непреклонные и абсолютные, |
| And the Superconscient's unaccountable acts, | И необъяснимые действия Сверхсознания, |
| Have woven her balanced web of miracles | Соткали её сбалансированную паутину чудес |
| And the weird technique of her tremendous art. | И волшебную технику её потрясающего искусства. |
| This bizarre kingdom passed into his charge. | Это причудливое царство вошло в его круг забот. |
| As one resisting more the more she loves, | Чем больше что-то сопротивляется, тем больше она это любит, |
| Her great possessions and her power and lore | Свои великие владения, и свою силу, и свои знания |
| She gave, compelled, with a reluctant joy; | Она отдала, вынуждено, с неохотной радостью; |
| Herself she gave for rapture and for use. | Саму себя она отдала ради восторга и пользы. |
| Absolved from aberrations in deep ways, | Свободная от отклонений в глубоких путях, |
| The ends she recovered for which she was made: | Она сняла покровы с тех целей, для которых была создана: |
| She turned against the evil she had helped | Она обернула против зла, которому помогла |
| Her engined wrath, her invisible means to slay; | Свою вооружённую ярость, свои незримые средства убийства; |
| Her dangerous moods and arbitrary force | Свои опасные настроения и своевольную силу |
| She surrendered to the service of the soul | Она посвятила служению душе |
| And the control of a spiritual will. | И правлению духовной воли. |
| A greater despot tamed her despotism. | Ещё больший деспот укротил её деспотизм. |
| Assailed, surprised in the fortress of her self, | Атакованная, застигнутая врасплох в крепости своего "я", |
| Conquered by her own unexpected king, | Завоёванная собственным неожиданным царём, |
| Fulfilled and ransomed by her servitude, | Добившись реализации и искупления своим служением, |
| She yielded in a vanquished ecstasy, | Она уступила в экстазе сдачи, |
| Her sealed hermetic wisdom forced from her, | Её тайная недоступная мудрость у нее была отобрана, |
| Fragments of the mystery of omnipotence. | Фрагменты мистерии всемогущества. |
| A border sovereign is the occult Force. | Некой высшей границей служит эта оккультная Сила. |
| A threshold guardian of the earth-scene's Beyond, | Страж порога того, что для земной сцены — Запредельное, |
| She has canalised the outbreaks of the Gods | Она направляет в нужные русла вспышки Богов |
| And cut through vistas of intuitive sight | И прорезает сквозь перспективы интуитивного видения |
| A long road of shimmering discoveries. | Длинную дорогу мерцающих открытий. |
| The worlds of a marvellous Unknown were near, | Миры чудесного Неведомого были рядом, |
| Behind her an ineffable Presence stood: | Позади неё стояло невыразимое Присутствие: |
| Her reign received their mystic influences, | Её царство воспринимало их мистические влияния, |
| Their lion-forces crouched beneath her feet; | Их львиные силы ползали у её ног; |
| The future sleeps unknown behind their doors. | За их дверями, неизвестное, спит будущее. |
| Abysms infernal gaped round the soul's steps | Вокруг шагов души зияли адские пучины |
| And called to its mounting vision peaks divine: | И звали к своему восходящему видению божественные пики: |
| An endless climb and adventure of the Idea | Бесконечный подъём и путешествие Идеи |
| There tirelessly tempted the explorer mind | Неустанно искушали исследующий ум, |
| And countless voices visited the charmed ear; | А бесчисленные голоса посещали очарованное ухо; |
| A million figures passed and were seen no more. | Миллионы образов проходили и исчезали из виду. |
| This was a forefront of God's thousandfold house, | Таким был передний край тысячеэтажного здания Бога, |
| Beginnings of the half-screened Invisible. | Начала полускрытого Незримого. |
| A magic porch of entry glimmering | Магическое крыльцо мерцающего входа |
| Quivered in a penumbra of screened Light, | Дрожало в полутени скрытого Света, |
| A court of the mystical traffic of the worlds, | Площадка мистического взаимообмена миров, |
| A balcony and miraculous fa(ade. | Балкон и чудесный фасад. |
| Above her lightened high immensities; | Над ней светлели высокие необъятности; |
| All the unknown looked out from boundlessness: | Всё неведомое выглядывало из безграничности: |
| It lodged upon an edge of hourless Time, | На краю Времени, лишённом часов, |
| Gazing out of some everlasting Now, | Всматриваясь из некоего вечно-длящегося Сейчас, обитали |
| Its shadows gleaming with the birth of gods, | Его тени, отсвечивающие рождением богов, |
| Its bodies signalling the Bodiless, | Его тела, сигналящие о Бестелесном, |
| Its foreheads glowing with the Oversoul, | Его лбы, пылающие Сверхдушою, |
| Its forms projected from the Unknowable, | Его формы, спроецированные из Непознаваемого, |
| Its eyes dreaming of the Ineffable, | Его глаза, мечтающие о Неописуемом, |
| Its faces staring into eternity. | Его лица, устремившие взгляд в вечность. |
| Life in him learned its huge subconscient rear; | Жизнь в нём (Ашвапати) изучала свой огромный подсознательный тыл; |
| The little fronts unlocked to the unseen Vasts: | Маленькие фасады были отворены незримым Просторам: |
| Her gulfs stood nude, her far transcendences | Её (Природы) бездны стояли нагие, её далёкие трансцендентности |
| Flamed in transparencies of crowded light. | Пламенели в прозрачностях переполненного света. |
| A giant order was discovered here | Гигантский порядок открывался здесь, |
| Of which the tassel and extended fringe | Чьими кисточками и протянувшейся бахромой |
| Are the scant stuff of our material lives. | Является скудное вещество наших материальных жизней. |
| This overt universe whose figures hide | Эта явная вселенная, чьи фигуры скрывают |
| The secrets merged in superconscient light, | Тайны, сливающиеся в сверхсознательном свете, |
| Wrote clear the letters of its glowing code: | Писала ясные буквы своего пылающего кода: |
| A map of subtle signs surpassing thought | Карта тонких знаков, превосходящих мысль, |
| Was hung upon a wall of inmost mind. | Была повешена на стене внутреннего ума. |
| Illumining the world's concrete images | Озаряя конкретные образы мира |
| Into significant symbols by its gloss, | Свечением своих значительных символов, |
| It offered to the intuitive exegete | Она предлагала интуитивному толкователю |
| Its reflex of the eternal Mystery. | Своё отражение вечной Мистерии. |
| Ascending and descending twixt life's poles | Поднимающиеся и опускающиеся между полюсами жизни |
| The seried kingdoms of the graded Law | Последовательные царства разбитого на ступени Закона |
| Plunged from the Everlasting into Time, | Ныряли из Вечного во Время, |
| Then glad of a glory of multitudinous mind | Затем, насладившись славой разнообразного ума |
| And rich with life's adventure and delight | Обогатившись путешествием и восторгом жизни |
| And packed with the beauty of Matter's shapes and hues | И наполнившись красотой форм и оттенков Материи |
| Climbed back from Time into undying Self, | Взбирались назад из Времени в неумирающее Высшее "Я", |
| Up a golden ladder carrying the soul, | Вверх по золотой лестнице, несущей душу, |
| Tying with diamond threads the Spirit's extremes. | Связывая алмазными нитями крайности Духа. |
| In this drop from consciousness to consciousness | В этом падении от сознания к сознанию |
| Each leaned on the occult Inconscient's power, | Каждое опиралось на оккультную энергию Несознания, |
| The fountain of its needed Ignorance, | Источник своего необходимого Неведения, |
| Archmason of the limits by which it lives. | На главного каменщика пределов, благодаря которым оно живёт. |
| In this soar from consciousness to consciousness | В этом воспарении от сознания к сознанию |
| Each lifted tops to That from which it came, | Каждое поднимало вершины к Тому, из чего оно вышло, |
| Origin of all that it had ever been | Источнику всего, чем оно некогда было, |
| And home of all that it could still become. | И жилищу всего, чем оно ещё может стать. |
| An organ scale of the Eternal's acts, | Органная гамма действий Вечного, |
| Mounting to their climax in an endless Calm, | Восходящая к своей кульминации в бесконечном Покое, |
| Paces of the many-visaged Wonderful, | Шаги Чудесного, носящего множество обликов, |
| Predestined stadia of the evolving Way, | Предопределённые стадии Пути эволюции, |
| Measures of the stature of the growing soul, | Мерки высоты растущей души, |
| They interpreted existence to itself | Они объясняли существование самим себе |
| And, mediating twixt the heights and deeps, | И, посредничая между высотами и глубинами, |
| United the veiled married opposites | Объединяли скрытые повенчанные противоположности |
| And linked creation to the Ineffable. | И связывали творение с Неописуемым. |
| A last high world was seen where all worlds meet; | Последний высший мир был виден там, где встречаются все миры; |
| In its summit gleam where Night is not nor Sleep, | В его высочайшем проблеске, где нет ни Ночи, ни Сна, |
| The light began of the Trinity supreme. | Начинался свет высшего Триединства. |
| All there discovered what it seeks for here. | Там открывалось всё, что ищут здесь. |
| It freed the finite into boundlessness | Оно освобождает конечное в безграничность |
| And rose into its own eternities. | И поднимается в собственные вечности. |
| The Inconscient found its heart of consciousness, | Несознание нашедшее своё сердце сознания, |
| The idea and feeling groping in Ignorance | Идея и чувство, ищущие наугад в Невежестве, |
| At last clutched passionately the body of Truth, | Наконец, страстно ухватившие тело Истины, |
| The music born in Matter's silences | Музыка, рождённая в безмолвиях Материи, |
| Plucked nude out of the Ineffable's fathomlessness | Обнажили из бездонности Невыразимого |
| The meaning it had held but could not voice; | Тот смысл, что был у неё, но она не могла озвучить; |
| The perfect rhythm now only sometimes dreamed | Совершенный ритм, о котором сейчас только изредка мечтают, |
| An answer brought to the torn earth's hungry need | Принёс ответ голодной нужде израненной земли, |
| Rending the night that had concealed the Unknown, | Раскалывая ночь, что скрыла Неведомое, |
| Giving to her her lost forgotten soul. | Возвращая ей свою потерянную забытую душу. |
| A grand solution closed the long impasse | Грандиозное решение завершило долгий тупик, |
| In which the heights of mortal effort end. | В котором оканчивались высоты смертного усилия. |
| A reconciling Wisdom looked on life; | Примиряющая Мудрость смотрела на жизнь; |
| It took the striving undertones of mind | Она взяла борющиеся полутона ума |
| And took the confused refrain of human hopes | И путаный рефрен надежд человека |
| And made of them a sweet and happy call; | И сделала из них нежный и счастливый зов; |
| It lifted from an underground of pain | Она подняла из подземелья страдания |
| The inarticulate murmur of our lives | Невнятный шёпот наших жизней |
| And found for it a sense illimitable. | И нашла для него безграничный смысл. |
| A mighty oneness its perpetual theme, | Могучее единство — её вечная тема, |
| It caught the soul's faint scattered utterances, | Она поймала слабеющие разбросанные возгласы души, |
| Read hardly twixt our lines of rigid thought | Читаемые с трудом между строк жёсткой мысли |
| Or mid this drowse and coma on Matter's breast | Или среди дремоты и комы на груди Материи, |
| Heard like disjointed mutterings in sleep; | Слышимые как разрозненные бормотания во сне; |
| It grouped the golden links that they had lost | Она собрала золотые звенья, что они растеряли |
| And showed to them their divine unity, | И показала им их божественное единство, |
| Saving from the error of divided self | Спасая от ошибки разделённого "я" |
| The deep spiritual cry in all that is. | Глубокий духовный призыв во всём, что существует. |
| All the great Words that toiled to express the One | Все те великие Слова, что трудятся выразить Единого |
| Were lifted into an absoluteness of light, | Были подняты в абсолютность света, |
| An ever-burning Revelation's fire | Огонь вечно-горящего Откровения |
| And the immortality of the eternal Voice. | И бессмертие вечного Голоса. |
| There was no quarrel more of truth with truth; | Там не было больше ссоры между одной истиной и другой; |
| The endless chapter of their differences | Бесконечная глава их различий |
| Retold in light by an omniscient Scribe | Пересказанная в свете всеведающим Писцом |
| Travelled through difference towards unity, | Путешествовала через различие к единству, |
| Mind's winding search lost every tinge of doubt | Извилистый поиск ума утерял всякий оттенок сомнения, |
| Led to its end by an all-seeing speech | Доведённый до своего конца все-видящей речью, |
| That garbed the initial and original thought | Что облачает первоначальную и подлинную мысль |
| With the finality of an ultimate phrase: | В законченность совершенной фразы: |
| United were Time's creative mood and tense | Созидающее наклонение и спряжение Времени были объединены |
| To the style and syntax of Identity. | Со стилем и синтаксисом Тождественности. |
| A paean swelled from the lost musing deeps; | Победная песнь поднималась из утраченных размышляющих глубин; |
| An anthem pealed to the triune ecstasies, | Гремел гимн триединым экстазам, |
| A cry of the moments to the Immortal's bliss. | Клич мгновений блаженству Бессмертного. |
| As if the strophes of a cosmic ode, | Словно строфы космической оды, |
| A hierarchy of climbing harmonies | Иерархия взбирающихся гармоний, |
| Peopled with voices and with visages | Населённая голосами и лицами, |
| Aspired in a crescendo of the Gods | Устремлялась в крещендо Богов |
| From Matter's abysses to the Spirit's peaks. | Из пучин Материи к пикам Духа. |
| Above were the Immortal's changeless seats, | Выше были неизменные троны Бессмертного, |
| White chambers of dalliance with eternity | Белые палаты веслого развлечения с вечностью |
| And the stupendous gates of the Alone. | И изумительные врата Единственного. |
| Across the unfolding of the seas of self | Через раскрытие морей внутреннего "я" |
| Appeared the deathless countries of the One. | Показались бессмертные страны Единого. |
| A many-miracled Consciousness unrolled | Полное чудес Сознание развернуло |
| Vast aim and process and unfettered norms, | Обширную цель, и процесс, и освобождённые нормы, |
| A larger Nature's great familiar roads. | Великие знакомые дороги более широкой Природы. |
| Affranchised from the net of earthly sense | Высвобожденные из сети земного чувства |
| Calm continents of potency were glimpsed; | Стали заметны спокойные континенты могущества; |
| Homelands of beauty shut to human eyes, | Родные края красоты, недоступные глазам человека, |
| Half-seen at first through wonder's gleaming lids, | Полуувиденные первый раз через мерцающие веки чуда, |
| Surprised the vision with felicity; | Поражающие взгляд счастьем; |
| Sunbelts of knowledge, moonbelts of delight | Солнечные сферы знания, лунные области восторга |
| Stretched out in an ecstasy of widenesses | Простирались в экстазе широты |
| Beyond our indigent corporeal range. | За пределы нашего нуждающегося телесного уровня. |
| There he could enter, there awhile abide. | Он смог туда войти, он смог там продержаться. |
| A voyager upon uncharted routes | Странник по неотмеченным на карте маршрутам, |
| Fronting the viewless danger of the Unknown, | Встречающий незримую опасность Неизвестного, |
| Adventuring across enormous realms, | Путешествующий через огромные царства, |
| He broke into another Space and Time. | Он прорвался в другое Пространство и Время. |
| End of Canto Five | Конец пятой песни |
| End of Book One | Конец первой книги |
| Перевод Ованесбекова Л.Г., 2002 март 23 сб, посл. ред. 2004 дек 19 вс |